Печать и литература Соединенных Штатов Америки в годы гражданской войны

Статья из сборника "К столетию гражданской войны в США" (М., 1961)

В годы гражданской войны печать Соединенных Штатов Америки сыграла важную роль в борьбе против рабовладельческого Юга. Но многие газеты и журналы Севера занимали откровенно консервативные, а иногда и прорабовладельческие позиции, так как были связаны с кругами американской буржуазии, заинтересованными в компромиссе с южными рабовладельцами.

В годы гражданской войны в Нью-Йорке издавалось 17 ежедневных газет1. Из них против рабовладельческого Юга выступали только 5 газет: «Нью-Йорк ивнинг пост», «Нью- Йорк дейли трибюн», «Нью-Йорк сан», «Нью-Йорк таймс», «Нью-Йорк коммершиал адвертайзер». Остальные газеты в той или иной степени выступали в защиту Конфедерации. Нью-Йорк, где позиции консервативной буржуазии были особенно сильны, не отражал соотношения сил в печати Севера в целом. Но и в других крупных северных городах выходила в свет по крайней мере одна прорабовладельческая газета. Подобное положение в печати не могло не осложнить действий противников рабства на Севере.

Печать, боровшаяся против рабовладения, выражала не только интересы радикальной буржуазии. Она опиралась на широкую поддержку народных масс. Вместе с тем газеты, которые пытались на Севере агитировать за поддержку Конфедерации, не пользовались симпатиями у народа. Народные массы, возмущенные прорабовладельческими выступлениями «Нью-Йорк геральд» или «Нью-Йорк дейли ньюс», устраивали демонстрации против этих газет, стремясь заставить их издателей изменить политическую позицию.

Особенно выдающуюся роль в борьбе с рабством сыграла газета «Нью-Йорк ивнинг пост». Редактором и издателем этой газеты был американский поэт Уильям Каллен Брайент, который редактировал и издавал ее начиная с 1829 г. У. Брайент был последовательным и непреклонным врагом рабства. Он поддерживал выступления аболиционистов против рабовладения и сам был одним из наиболее выдающихся представителей этого движения. Его газета «Нью-Йорк ивнинг пост» решительно выступила в поддержку Линкольна на президентских выборах в 1860 г. Когда южные штаты стали готовиться к выходу из Союза, он решительно осудил раскольников и 12 ноября назвал их в своей газете предателями. После обстрела форта Самтера 15 апреля 1861 г. У. К. Брайент опубликовал передовую статью «Союз сейчас и навсегда», в которой он безоговорочно выступил за решительную борьбу против южных рабовладельцев. Брайент резко критиковал командование северян за медлительность и ошибки в ведении военных действий. Он опубликовал на страницах газеты стихотворение «Призыв нашей страны», в котором призывал американцев отложить в сторону все дела и подняться на борьбу с рабством, на борьбу с южными реакционерами.

Сочетая призыв к решительной борьбе против рабовладельцев с критикой непоследовательности президента Линкольна, Брайент требовал проведения более решительной политики в отношении реакционеров на Севере.

Особенно резкой критике подвергала газета «Нью-Йорк ивнинг пост» медлительность и неумелые действия генерала Макклеллана. Начиная с осени 1861 г. газета выступала за немедленное освобождение негров. С огромным удовлетворением встретила «Нью-Йорк ивнинг пост» прокламацию президента Линкольна, провозгласившую освобождение негров. Именно после этой прокламации, показавшей, что Линкольн встал на путь борьбы против рабства и южных рабовладельцев, газета «Нью-Йорк ивнинг пост» и ее редактор У. К. Брайент стали решительно поддерживать американского президента.

Газета приветствовала победы северян пламенными публицистическими статьями Брайента и многочисленными стихотворениями. Через четыре дня после капитуляции генерала Ли газета опубликовала сообщение: «Мы получили, столько стихов, прославляющих победу, что их хватит для того, чтобы заполнить 4 или 5 колонок нашей газеты».

Газета «Нью-Йорк ивнинг пост» решительно поддерживала военные мероприятия президента Линкольна. Когда летом 1862 г. Линкольн обратился с призывом о новом наборе в армию, газета опубликовала знаменитую статью: «Мы идем, отец Авраам, еще триста тысяч», выражая тем самым свою поддержку президенту.

Во время избирательной кампании 1864 г. газета выступила против Макклеллана, представлявшего интересы прорабовладельчески настроенных кругов северной буржуазии. В статье под названием: «Определенная и неопределенная политика» издатель газеты обличает Макклеллана как агента рабовладельцев. Его политика, пишет Брайент, «означает ослабление армии, которое приведет к затягиванию войны и заключению позорного мира»2.

Осуждая позицию Макклеллана и призывая избирателей голосовать против него, Брайент в газете «Нью-Йорк ивнинг пост» продолжал свою борьбу против так называемых «военных демократов» и консервативных республиканцев. Еще в 1862 г. он решительно выступил против консерваторов, стремившихся опорочить борьбу с южными рабовладельцами. В статье «Чего хотят консерваторы» он подчеркнул, что, выступая на словах за свободу печати, они являются на деле ее ярыми врагами. Он говорил о том, что консерваторы хотят получить для себя тепленькие местечки в государственных учреждениях, и в этом — вся суть их политики.

«Неудивительно,— писал он, — что они нежны по отношению к своим хозяевам из лагеря повстанцев»3.

Характерно, что на страницах «Нью-Йорк ивнинг пост» осуждалась политика мэра Нью-Йорка Ф. Вуда, тайного сторонника южан, а также попытки инспирировать бунты против воинской повинности, которые исходили от агентов южан на Севере. Газета с великим огорчением сообщила своим читателям о смерти президента Линкольна, которой было посвящено знаменитое стихотворение ее редактора Уильяма Каллена Брайента «Смерть Линкольна», опубликованное 20 апреля 1865 г.

Таким образом, по важнейшим политическим вопросам: о тактике ведения войны, об отношении к рабству, к консерваторам, к воинской повинности, к переизбранию президента Линкольна в 1864 г.— газета «Нью-Йорк ивнинг пост» занимала революционную позицию, выражавшую интересы не только радикальной северной буржуазии, но и широких народных масс — фермеров и рабочих. Брайент зарекомендовал себя как борец за права фермеров и рабочих еще в 30-е годы прошлого столетия, когда он опубликовал знаменитую статью «Право рабочих на забастовку», напечатанную 13 июня 1836 г. в его газете. Интересам рабочих и фермеров Брайент оставался верен и в годы гражданской войны. Его газета отличалась не только революционной политикой, но и высоким журналистским мастерством. Недаром известный американский историк литературы Луис Вернон Паррингтон назвал Брайента отцом американской журналистики XIX в.4

«Нью-Йорк ивнинг пост» имела своих корреспондентов на фронтах и стремилась как можно более оперативно передавать их информации.

Близкие к «Нью-Йорк ивнинг пост» позиции занимала и газета «Нью-Йорк дейли трибюн», в которой с октября 1852 по март 1862 г. сотрудничал К. Маркс. В газете были опубликованы за это время многие статьи К. Маркса и Ф. Энгельса, имеющие огромное теоретическое значение. Как отмечает У. 3. Фостер, выступления К. Маркса и Ф. Энгельса в «Нью-Йорк дейли трибюн» оказали глубокое влияние на наиболее передовых борцов против рабства в США5.

Сотрудничество К. Маркса в «Нью-Йорк дейли трибюн» стало возможным благодаря той прогрессивной позиции, которую занимала газета в важнейших вопросах политической жизни. Линия газеты, во главе которой стоял известный американский публицист Горас Грили, оказалась, однако, неустойчивой и непоследовательной в годы гражданской войны, что и послужило одной из главных причин разрыва К. Маркса с «Нью-Йорк дейли трибюн». Колебания газеты были вызваны позицией ее редактора — Гораса Грили.

Грили выступал решительно против южан. Но он проявлял непоследовательность, и в отличие от «Нью-Йорк ивнинг пост», осудившей штаты, отделившиеся от Союза в ноябре 1860 г., газета «Нью-Йорк дейли трибюн» 9 ноября 1860 г. опубликовала статью Грили, в которой он защищал право на «мирное отделение» штатов. Непоследовательность Грили объясняется его тесными связями с буржуазными кругами Севера. Правда, позже в связи с подъемом народного движения на Севере против рабовладельцев Грили занял более твердую позицию, и после нападения на форт Самтер газета «Нью-Йорк трибюн» выступила с призывом к решительным военным действиям против южан.

22 апреля 1861 г. в передовой статье «Нью-Йорк дейли трибюн» говорилось: «Если добрый дядя Эйб (имеется в виду президент Авраам Линкольн. — Я. 3.) хочет прочитать раскольникам еще одну лекцию, доказывая, что он не собирается им причинить никакого вреда, или Сьюард хочет произнести им речь о славе и благословленности Союза, пусть эти выступления состоятся. Но они должны произойти до того, как Джеф Дэвис и Уайс захватят Вашингтон».

«Нью-Йорк дейли трибюн» в июне 1861 г. выдвигает лозунг «На Ричмонд!» 26 июня она опубликовала краткую редакционную статью такого содержания:

«Народный призыв к войне.

Вперед на Ричмонд! Вперед на Ричмонд! Нельзя позволить конгрессу бунтовщиков собраться там 20 июля. К этому дню город должен быть захвачен нашей армией».

Первые военные выступления северян оказались неудачными. «Нью-Йорк дейли трибюн» ответила на эти неудачи критикой нерешительности генерала Макклеллана и президента Линкольна. Особенно резкой критике Грили подвергал тех офицеров, которых он считал сторонниками рабовладельцев.

Газета «Нью-Йорк дейли трибюн», как и «Нью-Йорк ивнинг пост», выступала за освобождение рабов. Особенно большую известность получила знаменитая передовая статья «Просьба двадцати миллионов», опубликованная 20 августа 1862 г. В этой статье Грили призывал Линкольна немедленно освободить негров.

В ответ на эту передовую президент Линкольн послал 22 августа 1862 г. Горасу Грили письмо: «Моя высшая цель в этой борьбе — спасти Союз, а не спасать или разрушать рабство,— писал Линкольн. — Если бы я мог спасти Союз, не освобождая ни одного раба, я бы сделал это. Но если бы я мог спасти его, освободив всех рабов, я тоже бы сделал это. И если я могу спасти его, освободив некоторых рабов и оставив в рабстве других, я бы поступил так. Все, что я делаю по отношению к рабству и к цветной расе, я делаю потому, что я верю, что это помогает спасти Союз».

Нужно заметить, что и Грили рассматривал освобождение рабов прежде всего как меру, способную значительно улучшить военное положение северян. В этом отличие позиций Грили от выступлений Брайента и других борцов против рабства, видевших в рабстве злейшего врага народных масс Америки.

Грили приветствовал в сентябре 1862 г. сообщение о предстоящем опубликовании прокламации об освобождении, которое появилось в газете «Нью-Йорк трибюн» под огромным заголовком: «Бог да благословит Авраама Линкольна!»

В 1864 г. Грили занимал непоследовательную позицию по отношению к так называемым мирным предложениям южан, что также отражало его связь с кругами северной буржуазии. Однако в том же 1864 г. газета «Нью-Йорк дейли трибюн» выступила в поддержку кандидатуры Линкольна на выборах.

В целом «Нью-Йорк дейли трибюн» выступала как проводник взглядов радикальной буржуазии и в связи с этим требовала решительной борьбы против рабовладения; вместе с газетой «Нью-Йорк ивнинг пост» она была сторонницей революционных методов ведения гражданской войны.

Значительно отличается от позиции газеты «Нью-Йорк ивнинг пост» и «Нью-Йорк дейли трибюн» позиция газеты «Нью-Йорк таймс». Эта газета и ее редактор Генри Реймонд выступали против выдвижения Линкольна кандидатом в президенты от республиканской партии в 1860 г. После того как Линкольн был избран президентом, газета поддерживала его политику, но никогда не выступала последовательно против рабства и за революционное ведение войны.

Если газеты, о которых говорилось выше, поддерживали политику президента Линкольна и в целом играли, таким образом, прогрессивную роль в годы гражданской войны, то этого нельзя сказать о большинстве нью-йоркских газет, которые стремились помешать освобождению негров и поддерживали южных рабовладельцев. Действия этой печати очень метко охарактеризовала газета «Нью-Йорк ивнинг пост» в номере от 20 мая 1863 г. Она заявила, что целью прорабовладельческой печати является:

  1. Прославлять победы конфедератов и принижать победы армии Союза.
  2. Печатать сообщения южной печати, хвастающейся размером своей армии и искусством ее генералов.
  3. Клеветать на способных северных генералов и прославлять неспособных.
  4. Использовать неудачи северян как предлог для выдвижения требований об окончании «безнадежной» войны.
  5. Высмеивать северную финансовую систему.
  6. Клеветать на президента и на его кабинет.
  7. Кричать о неграх в армии.
  8. Выступать против воинской повинности.

Такова была позиция газет «Нью-Йорк дейли ньюс», «Нью-Йорк дей бук», «Нью-Йорк экспресс», а также «Нью- Йорк геральд», «Нью-Йорк уорлд» и «Нью-Йорк джорнал оф коммерс». Свою политику борьбы против президента Линкольна и его действий, направленных против южных штатов, эти газеты пытались прикрыть разговорами о свободе печати.

Под свободой печати они понимали свободу защиты интересов крупных капиталистов, многие из которых тогда были заинтересованы в компромиссе с Югом. Народные массы, однако, иначе понимали свободу печати. Они называли эти газеты и их хозяев «медянками».

Показательны в этом отношении события, связанные с деятельностью газеты «Нью-Йорк геральд». Редактор этой газеты Джеймс Гордон Беннет выступал в поддержку южных штатов. Он отстаивал их «право на революцию» и называл любое выступление против них сумасшествием, он поддерживал южных рабовладельцев. Президент Линкольн пытался образумить редактора газеты, но его обращение к Беннету не принесло результатов. Тогда в дело вмешались простые американцы. После обстрела южанами форта Самтер толпа ньюйоркцев окружила здание газеты «Нью-Йорк геральд» и потребовала, чтобы Беннет вывесил американский флаг и тем самым продемонстрировал свою поддержку политике правительства Линкольна. Под давлением народных масс Беннет вынужден был отказаться от своей откровенно прорабовладельческой позиции, и хотя он продолжал по-прежнему выступать против радикальных мероприятий правительства Линкольна, он не решался открыто высказывать свои симпатии к южанам. Однако его реакционность была очевидна и особенно наглядно выявилась в начале 1863 г., когда была обнародована прокламация президента Линкольна об освобождении рабов, а Беннет выразил в газете «Нью-Йорк геральд» надежду, что она не будет проведена в жизнь.

Газета «Нью-Йорк геральд», пожалуй, была наиболее значительным органом консервативной буржуазии, которая боялась уничтожения рабства и стремилась к примирению с южными рабовладельцами.

Другие нью-йоркские газеты — органы «медянок» занимали еще более откровенную прорабовладельческую позицию. За это правительство вынуждено было даже прибегнуть к судебному преследованию этих газет. Федеральное Большое Жюри обратилось в суд с заявлением о нелояльном поведении газет «Джорнэл оф коммерс», «Нью-Йорк дейли ньюс», «Нью-Йорк дей бук» и некоторых других. А затем по решению министра почт эти газеты было запрещено рассылать по почте, т. е. они фактически были запрещены. Эту меру правительство Линкольна приняло для того, чтобы помешать ведению враждебной пропаганды у себя в тылу.

Особенно очевидную прорабовладельческую политику проводила газета «Нью-Йорк дейли ньюс», которая заявляла о «бесцельности и безумии» этой войны «против братьев».

Всего, по некоторым подсчетам, на Севере США в годы войны издавалось 154 газеты-«медянки»6. Откровенно прорабовладельческие позиции занимала еженедельная газета «Нью-Йорк копперхед» («Нью-Йоркская медянка»), которая была специально создана в 1863 г. для того, чтобы защищать действия Валландигхема, известного агента южан на Севере. Действия этой многочисленной группы газет, направленные против революционной борьбы американского народа, вызывали возмущение народных масс. Об этом свидетельствуют факты: в августе 1861 г. в восточных штатах было разрушено шесть типографий газет, занимавших прорабовладельческие позиции. В Нью-Йорке были расклеены плакаты, провозглашавшие призывы к борьбе против газет-«медянок». Вот содержание одного из таких плакатов: «Свобода печати подчиняется интересам нации. Пусть три южных органа, которые издаются в этом городе, остерегаются!» Так народные массы разъясняли реакционным сторонникам «свободы печати» свое истинно демократическое понимание этой проблемы.

Не ограничиваясь устными и письменными предупреждениями, они продолжали и свои активные действия. На протяжении всей войны имели место разгромы газет, занимавших прорабовладельческие позиции. Особенно решительный характер приняли выступления народных масс весной и летом 1864 г., а также после убийства президента Линкольна в 1865 г. Так, например, в 1865 г. в Сан-Франциско толпа народа разрушила помещения пяти газет-«медянок».

Таким образом, несмотря на поддержку со стороны крупной северной буржуазии прорабовладельческой прессы, несмотря на большое количество названий и большие тиражи газет-«медянок», эти органы печати не пользовались доверием у народных масс. История печати в Северных Штатах в годы гражданской войны наглядно показывает, что народные массы в Америке выступали против такой свободы печати, которая дает возможность реакционерам безнаказанно строить свои козни против народа.

Что касается положения газет в южных штатах, то там существовала жестокая военная цензура, а газеты, выступавшие против правительства рабовладельцев, были запрещены. Остальные газеты были превращены в рупоры рабовладельческой пропаганды. При этом следует иметь в виду, что количество газет на Юге по сравнению с количеством газет на Севере было незначительно. В годы гражданской войны получила некоторое развитие и рабочая печать. Правда, рабочая печать издавалась небольшими тиражами, но ее органы занимали последовательно революционную позицию по важнейшим военным вопросам. Можно отметить две наиболее крупные рабочие газеты. Это газеты «Финчерс трейдс ревью», которая была основана 6 июня 1863 г. и издавалась в Филадельфии, и «Уоркингменз адвокейт», которая начала выходить в июле 1863 г. в Чикаго. Эти и другие рабочие газеты, которые издавались в то время, выступали за революционное ведение войны, они требовали освобождения негров от рабства и решительной борьбы против «медянок» — агентов южан на Севере7.

В США наряду с большим количеством газет выходило в годы гражданской войны и много журналов — еженедельных, ежемесячных и ежеквартальных. Эти издания в еще большей степени, чем газеты, отражали позиции северной буржуазии8.

К числу антирабовладельческих журналов относится прежде всего журнал «Либерейтер». Этот журнал был создан 1 января 1831 г. Редактором его был пламенный борец против рабовладения Уильям Ллойд Гаррисон. Девизом этого журнала была борьба против рабства. В годы войны журнал призывал: «Провозгласить свободу по всей стране, всем ее обитателям!» Линия еженедельника была очень близка к позиции газеты «Нью-Йорк ивнинг пост».

Еще в октябре 1861 г. Гаррисон обратился к Линкольну с призывом освободить негров от рабства. «Отказаться от освобождения этих пленных миллионов, которые сейчас находятся юридически в Вашей власти, равносильно преступлению их первоначального обращения в рабство, и их кровь будет на Ваших руках! Вложите слова справедливости в Ваши уста!»

Продолжая эту последовательную борьбу против рабства, еженедельник 14 марта 1862 г. писал: «Президент Линкольн.., утром вынеси приговор. Сломай иго, освободи угнетенных». И естественно, что после того, как президент Линкольн издал прокламацию об освобождении негров, «Либерейтер» ликовал. В статье, озаглавленной «Слава, аллилуйя!» Гаррисон называл эту прокламацию «величайшей в своем великодушии, громадной и благословенной в своих далеко идущих последствиях».

Во время кампании за переизбрание президента в 1864 г. Гаррисон встретился с Линкольном и выступил в его поддержку. Еженедельник «Либерейтер» поддерживал связь с освобожденными от рабства неграми. На его страницах печатались письма негров — солдат и офицеров. Главной задачей Гаррисон считал освобождение негров от рабства, и в марте 1865 г. он с гордостью заявил, что собирается прекратить издание журнала. Он писал: «Как говорится в самом его заголовке, «Либерейтер» был начат для того, чтобы освободить рабов. После того как это было сделано, его работа завершена — у него нет больше причин для существования».

Предпоследний номер журнала, вышедший в свет 22 декабря 1865 г., содержал текст 13-й поправки к Конституции, провозглашавшей ликвидацию рабства в Соединенных Штатах Америки. Текст прокламации У. Л. Гаррисон набрал своими руками. Последний номер журнала вышел в свет 29 декабря 1865 г.

Своей деятельностью Гаррисон снискал глубочайшее уважение не только американских трудящихся, но и мировой прогрессивной общественности. Известно, как высоко ценили его русские революционные демократы В. Г. Белинский, Н. Г. Чернышевский, великий русский писатель Л. Н. Толстой. Однако ошибкой Гаррисона было прекращение издания журнала на новом этапе борьбы против рабовладельцев.

Близкую к «Либерейтеру» позицию занимал еженедельник «Индепендент», который вначале носил сектантский характер, отражая точку зрения издателей, сторонников одной из группировок протестантской церкви, а в годы гражданской войны решительно выступал против рабовладения. На его страницах печатались статьи Кошута и Бичер Стоу, обличавшие рабство.

Прогрессивную во многих отношениях позицию занимал и влиятельный журнал «Норс америкен ревью», выходивший 4 раза в год. Однако, выступая в поддержку войны против Юга, этот журнал, редактировавшийся известным поэтом Джеймсом Расселом Лоуэллом, возражал против немедленного освобождения негров.

Журналы, выходившие самыми большими тиражами в это время, занимали далеко не ясную и не решительную позицию по важнейшим вопросам современности. Одним из крупнейших иллюстрированных изданий этого времени, например, была еженедельная иллюстрированная газета Фрэнка Лесли — «Фрэнк Леслиз иллюстрейтед ньюспейпер». До начала гражданской войны эта газета выступала против аболиционистов. В ходе войны, учитывая настроения народных масс, издатель изменил характер газеты. На ее страницах не появлялись статьи, направленные против войны, но там не было и статей, которые бы решительно поддерживали борьбу против южных рабовладельцев.

Аналогичную позицию занимал и другой крупный еженедельный журнал «Харперс Уикли». Издатель этого еженедельника Харпер — сторонник демократической партии — также был настроен против аболиционистов и против Линкольна. Однако во время войны в состав редакции вошли сторонники решительной борьбы против рабовладения. Среди них был карикатурист Томас Наст, которого в тогдашних журналистских кругах называли страстным поклонником Линкольна. Линкольн говорил, что его «ярким карикатурам всегда удавалось поднять энтузиазм и патриотизм. Всегда казалось, что они появляются именно тогда, когда их недоставало»9. Он назвал Томаса Наста «лучшим вербовщиком солдат». Томас Наст в своих карикатурах высмеивал южных рабовладельцев и их сторонников на Севере. Особенно большой известностью пользовались его рисунки во время предвыборной кампании 1864 г. Одна из его карикатур, «Компромисс с Югом», была даже распространена Национальным комитетом республиканской партии в нескольких миллионах экземпляров как предвыборный агитационный материал. Он опубликовал также карикатуру, направленную против кандидата в президенты от демократической партии Макклеллана.

Популярность «Харперс Уикли» в годы гражданской войны как лучшего иллюстрированного еженедельника в значительной степени являлась заслугой художника Томаса Наста.

Ежемесячный журнал «Харперс нью мансли мэгэзин», как говорили его издатели, стремился сохранить внепартийный характер. На деле это выражалось в том, что на страницах журнала отсутствовали материалы о героической борьбе американских народных масс против рабовладения. Только в последние годы войны, учитывая интересы и симпатии читателей, редакторы этого журнала вынуждены были поместить несколько интересных репортажей о войне. В частности, там были опубликованы замечательные военные очерки известного американского писателя Джона Уильяма де Форреста (1826—1906 гг.).

Одним из наиболее крупных и влиятельных ежемесячных журналов, издававшихся в США в то время, был «Атлантик модели», выступавший против южных рабовладельцев, но, как и «Североамериканское обозрение», занимавший крайне осторожную позицию в вопросе о рабстве.

На страницах «Атлантик мансли» были опубликованы многочисленные статьи, очерки, стихи, принадлежащие перу таких выдающихся поэтов и писателей Америки, как редактор этого журнала Джеймс Рассел Лоуэлл, Ральф Уолдо Эмерсон, Джон Гринлиф Уиттиер. Здесь же был напечатан знаменитый «Боевой гимн республики», написанный Джулией Уорд Хау (1819—1910 гг.). Несмотря на определенный консерватизм «Атлантик монсли», отличавший этот журнал от таких еженедельников, как «Индепенденг» или «Либерейтер», в целом он может быть отнесен к печати антирабовладельческого лагеря.

Любопытным изданием был журнал «Вэнити фэр». В этом сатирическом и юмористическом еженедельнике сотрудничали многие выдающиеся карикатуристы и сатирики Америки. Одно время его редактором был писатель-юморист Чарльз Фаррар Браун, получивший широкую известность в США под псевдонимом Артемус Уорд. В журнале едко высмеивались пороки северной буржуазии.

По внешнему облику «Вэнити фэр» в некотором роде напоминал английский юмористический журнал «Панч», и не случайно он получил название от романа Теккерея «Ярмарка тщеславия», так как Теккерей был активным сотрудником английского «Панча».

Этот журнал издавался до июля 1863 г. Его политика не всегда была последовательной. Издатели журнала Стивенсы были сторонниками так называемых «военных демократов». Они даже выступали иногда против «медянок», но в целом занимали сдержанные позиции по отношению к вопросу об освобождении негров. Зато сатирический пыл редакторов журнала чаще всего обращался против махинаций северной буржуазии и ее сторонников в печати, и эти сатирические выступления были иногда очень меткими.

Из многочисленных журналов, издававшихся на Севере США в годы гражданской войны, только один был последовательным сторонником рабовладельческих штатов. Это был журнал «Олд гард», который постоянно вел кампанию против Линкольна и политики его правительства. Большинство журналов были изданиями консервативного склада, отражавшими позиции тех кругов северной буржуазии, которые были заинтересованы в компромиссе с южными рабовладельцами. Только давление народных масс заставляло владельцев некоторых журналов, таких, как «Харперс уикли», изменять своим консервативным симпатиям.

Ввиду того что органы печати в США находились в руках класса имущих, большая часть изданий периода гражданской войны занимала позиции, далекие от народа. Народные массы, однако, пытались оказать влияние на политическую линию газет и журналов, что нашло выражение во многих случаях массовых демонстраций против реакционных газет, в разгроме народом редакций некоторых газет. Под нажимом народных масс ряд реакционных газет прекратил свое существование.

Выявляется и в корне различное понимание свободы печати трудящимися и буржуазией. Народные массы решительно выступают против буржуазного понимания свободы печати, которое давало возможность реакционерам вести на Севере почти беспрепятственно свою прорабовладельческую пропаганду.

Подъем активности народных масс оказал благотворное влияние и на развитие американской литературы. В бурные дни боев против рабовладельцев лучшие писатели Соединенных Штатов Америки выступали в поддержку народного движения против реакции, против рабства. Ни ранее, ни позже в литературе США не было примеров, когда страницы газет и журналов заполнялись такими острыми и злободневными сатирическими произведениями.

В это время в литературе впервые выступают такие замечательные сатирики, как Артемус Уорд, Петролеум Везувиус Нэсби, Джош Биллингз, Орфейус С. Керр. Эти имена становятся известными всей Америке. Правда, это всегда лишь псевдонимы писателей-сатириков, но именно под этими псевдонимами вошли они в литературу.

Наиболее известным из писателей-сатириков периода гражданской войны является Артемус Уорд, сотрудничавший, как отмечалось выше, в журнале «Вэнити фэр». Под этим псевдонимом выступил Чарльз Фаррар Браун (1834—1867гг.). Свою литературную карьеру он начал в Кливлендской газете «Плейн дилер». Именно там впервые появились написанные им «Высказывания Артемуса Уорда». Эти заметки велись от имени странствующего балаганщика, который повествовал читателям о своих приключениях и путешествиях. Они принесли автору столь большую известность, что в дальнейшем Чарльз Фаррар Браун выступает всегда под псевдонимом Артемус Уорд.

Для юмора Уорда характерны некоторые особенности, которые затем восприняли и другие сатирики времен гражданской войны. Он достигает юмористического эффекта путем воспроизведения неграмотной речи простого американца. Рассказы Артемуса Уорда обычно полны нарочитых грамматических и логических ошибок и нелепых, ничем не обоснованных переходов от одной мысли к другой.

Главное в сатире Уорда — это осмеяние пороков американской буржуазной демократии. Показательны в этом отношении его заметки, опубликованные под заглавием «Печать», где он высмеивает тщеславие американских журналистов, считающих печать «тем Архимедовым рычагом, с помощью которого они направляют движение мира». В этих записках он советует своим читателям держаться подальше от американских журналистов, которым ничего не стоит оклеветать простого человека.

Его юмор становится более острым и целенаправленным в годы гражданской войны, когда он начинает активно сотрудничать в журнале «Вэнити фэр», который он в течение некоторого времени даже редактировал. Одно из первых его выступлений в журнале было посвящено президенту Линкольну. Это было его «Интервью с президентом Линкольном». В «Интервью» Артемус Уорд едко и зло высмеивает тогдашних американских буржуазных политиканов, которые стремились с помощью всякого рода махинаций добиться от президента Линкольна различных тепленьких местечек, где они могли бы беспрепятственно наживать себе капиталы.

Уорд призывает Линкольна разогнать этих мошенников и создать в стране настоящее, здоровое правительство.

Для того чтобы добиться большего юмористического эффекта, Артемус Уорд в конце этой сатирической заметки прибегает к сознательному снижению темы: от обличения большого социального порока, каким было продажное политиканство, он переходит к бытовому разговору о своем балагане, заявляя, что он обменялся с президентом Линкольном фотографиями и они разошлись, и притом каждый остался на своем посту: президент — у кормила государственного корабля, а он — «у кормила своего балагана, вход только за 15 центов!»

Последующие сатирические очерки Артемуса Уорда обличают южную Конфедерацию. Артемус Уорд совершает вымышленное путешествие в Конфедерацию и подвергается там преследованиям. В заметке под названием «Балаган конфискован» он рассказывает о том, как южные раскольники конфисковали его имущество за то, что он является сторонником северян и высмеивает глупость и тупость руководителей Конфедерации. Южные солдаты сломали все декорации балагана и выпустили из клеток зверей, которых возил с собой балаганщик. Прибегая к характерным для американского фольклора преувеличениям, он рассказывает о том, что выпущенный из клетки тигр даже сожрал нескольких южных солдат.

Заканчивается эта заметка интервью Артемуса Уорда с Джефферсоном Дэвисом, президентом Конфедерации. Здесь делается противопоставление главаря рабовладельцев вождю северян Линкольну. Хотя Дэвис вежливо выслушал Уорда и даже отпустил его на свободу, весь его облик нарисован в самых неприглядных красках. Южную Конфедерацию Уорд издевательски называет Southern Conthieverancy (по-русски это слово можно примерно передать как «конжульничество»)10.

Следующий юмористический очерк Артемуса Уорда рассказывает о том, как он через южные штаты возвращался на Север. Его пытались арестовать и убить солдаты-южане, но он назвался южным студентом, которого послали на Север для того, чтобы украсть несколько ложек и других вещей для армии южан. Солдаты поверили ему и отпустили его на свободу. Таким, может быть, несколько грубоватым приемом Артемус Уорд осмеивает армию южан, прославившуюся грабежами и мародерством.

Уорд направляет свои сатирические стрелы и против северных дельцов и политиканов, известных своими злоупотреблениями и коррупцией. Особенно показателен в этом отношении «Монолог мелкого жулика». Жулик жалуется на то, что он не получил в детстве образования: «Я всегда буду ругать своих родителей за то, что они не дали мне образования,— заявляет он. — Если бы я получил хорошее образование, я бы мог с моими блестящими природными талантами стать большим жуликом. Мне кажется, их называют правонарушителями. Вместо того чтобы ограничиваться кражей одежды, часов, ложек и подобных вещей, я бы мог красть дарственные суммы, тысячи и сотни тысяч долларов, а этот старый жук — закон никогда не тронул бы и волоса на моей голове, ибо, видишь ли, я был бы достаточно ловок, чтобы меня избрали казначеем штата, или я имел бы какие-либо дела с банками или с железными дорогами, а может быть, понемногу и с теми, и с другими. Тогда, видишь ли, я мог бы ездить в своем экипаже, жить в большом каменном доме, иметь хороших лошадей и пить столько джина, сколько мне хочется. Если бы стали проводить расследование и некоторые из газет напали бы на меня, я бы об этом не беспокоился, — я бы, конечно, уж позаботился о том, чтобы упрятать ворованные деньги. Кроме того, моя «партия» поклялась бы, что я невинен, как новорожденный младенец. Но не имея никакого образования, я только мелкий жулик, краду часы, ложки и тому подобное, я мелкий мошенник, и закон относится ко мне безжалостно. О …если бы я был широко образован!»11

В 1863—1864 гг. Уорд отправился путешествовать на Запад. Он посетил поселения мормонов и высмеял их дикие обычаи. В Сан-Франциско он встретился с Марком Твеном, провел с ним неделю и помог ему опубликовать в журнале, издававшемся на востоке США, замечательный рассказ «Знаменитая скачущая лягушка», принесший Марку Твену всеобщее признание в США.

Выступая страстным сторонником войны против Юга, Артемус Уорд все же обходит одну из острейших проблем гражданской войны — проблему рабства, проблему борьбы за освобождение негров. В этом отношении многие из его последователей пошли в своей сатире дальше, чем он.

K числу известных последователей Артемуса Уорда относится Генри Уиллер Шоу (1818—1885 гг.). Подражая Уорду, он стал выступать под псевдонимом Джош Биллингз. С помощью Уорда он в 1865 г. издал книгу «Джош Биллингз. Его высказывания». В ней аристократа он называет демократом с полными карманами, политику — оправданием грабежа. Бедность это, по Джошу Биллингзу, единственное право от рождения, которое человек не может потерять.

Высмеивая политиканство и другие пороки современной ему Америки, Джош Биллингз — Генри Уиллер Шоу — главное внимание, однако, в своей книге уделяет не большим политическим и социальным проблемам, а стремится развеселить, рассмешить своего читателя алогизмами и нелепостью выводов.

Пожалуй, наиболее ярким и острым сатириком времен гражданской войны является Дэвид Росс Локк (1833— 1888 гг.), который, испытав также определенное влияние Уорда, начал в 1861 г. выступать е сатирическими заметками в провинциальной печати под псевдонимом Петролеум Везувиус Нэсби. Локк публиковал письма этого вымышленного героя на страницах различных провинциальных газет, которые он редактировал. Ему удалось создать яркий образ сторонника южан — «медянки». Его герой воспроизводит поступки, действия, высказывания, мысли, которые были характерны для этих врагов демократии. Он прослеживает политическую эволюцию «медянки» Нэсби и дает злободневный литературный комментарий к событиям гражданской войны.

Первое письмо за подписью П. В. Нэсби было опубликовано в провинциальной газете «Джефферсониейн» 21 марта 1861 г. В нем Нэсби рассказывал о начале своего жизненного пути. Оказывается, в детстве он совершил кражу с помощью негра. Судья, узнав о краже, приговорил П. В. Нэсби к 30 дням, а негра к 10 дням карцера, мотивировав это тем, что негр был только соучастником этой кражи. И вот Нэсби заявляет, что тогда-то он и стал убежденным врагом негров. «Угрюмо вышел я из тюремных стен вечером тридцатого дня моего заключения совершенно изменившимся индивидуумом. Подняв руки к небу, я дал три клятвы:

  1. что я посвящу всю мою жизнь делу возвращения афри­канцев к их нормальной сфере;
  2. что я займусь профессией, которая позволит мне воро­вать так, чтобы меня за это не наказывали;
  3. что та вода, которую я поглотил, находясь в карцере, будет последней не разбавленной спиртом водой, которая когда-либо найдет себе дорогу в мой желудок.

Поэтому я присоединился к демократам, и если кто-нибудь просмотрит мой послужной список, он убедится в том, что я сдержал свои клятвы» 12.

Таким образом, автор сразу же представляет своего ге­роя в неприглядном свете. Этот «демократ» — пьяница, жу­лик и расист, который не гнушается никакими средствами для достижения своих целей.

Последующие письма еще полнее раскрывают облик этой «медянки». Перед Нэсби встала проблема призыва в армию. Напуганный воинской повинностью, он перечисляет свои бо­лезни. Их число достигает десяти, начиная с того, что он 22 года носит парик и у него нет на голове волос, и кончая тем, что у него наросты на обеих ногах, которые помешают ему маршировать.

В заключение этого письма от 6 августа 1862 г. он выра­жает уверенность в том, что его не возьмут в армию, примут во внимание его политические взгляды, а кроме того, может быть, и болезни спасут его от участия в войне. Однако все эти уловки не помогают, и тогда Нэсби бежит в Канаду. Из Ка­нады он пишет письмо своим друзьям, жалуясь на судьбу. Дело в том, что в Канаде некому содержать Петролеума В. Нэсби, а сам он не привык зарабатывать себе на жизнь честным трудом. Поэтому он просит своего друга: «Скажи моей жене, чтобы она послала мне все деньги, которые за­работала, гак как здесь жизнь стоит очень дорого и ни­где нельзя ничего раздобыть, а ее и детей пусть содержат местные власти»13. Так наглядно показывался паразитизм Нэсби.

Из-за отсутствия денег он вынужден вернуться из Канады и вновь просит жену отдать ему деньги, которые она зара­ботала стиркой. Его призывают в армию, но из армии он де­зертирует и бежит к южанам.

Описывая приход его к своим друзьям, автор достигает высших ступеней сарказма. Его ге­роя встречают там отнюдь не с распростертыми объятиями. Как только он попадает в расположение войск южан, полков­ник, который с ним разговаривает, начинает беседу с того, что заставляет Нэсби раздеться и облачиться в рваную форму, которую носят солдаты южной Конфедерации. Новое же обмундирование, которое Петролеум В. Нэсби получил на Севере, полковник напяливает на себя.

Петролеум В. Нэсби вновь дезертирует. На этот раз он возвращается на Север. Теперь, чтобы избежать призыва в армию, он превращается в священника. Идея стать священником пришла ему в голову весьма своеобразным путем. Вместе со своими друзьями-«медянками» он занимался разрушением церквей, воскресных школ и других подобных учреждений, которые, по его мнению, способствуют борьбе против рабства. Тут-то, как он говорит, и запала в его «зрелый ум идея, что строго демократическая церковь и воскресные школы могут не только помочь делу («медянок». — Я. 3.), но и обеспечить мне легкую жизнь»14. Увидев, таким образом, в церкви средство для легкой наживы, он стал пастором Первой демократической церкви штата Огайо. С церковной кафедры он читает рабовладельческие листки, распевает вместо гимнов песни против президента Линкольна, читает отрывки из нью-йоркских газет-«медянок». Он даже составляет катехизис для своих слушателей и призывает их, в частности, голосовать за демократическую партию, причем «голосовать рано и тащить на голосование престарелых, больных и идиотов»15.

Так высмеивает автор приемы, применявшиеся противниками республиканской партии и аболиционистов в предвыборной борьбе.

В 1863 г. во взглядах Нэсби происходят неожиданные перемены. Он начинает выступать за победу Севера. Он выдвигает новую программу демократической партии, в которой пропагандируется милосердие к южным рабовладельцам и восстановление на Юге порядков, существовавших там до войны. Особенно показательно письмо, в котором Петролеум В. Нэсби рассказывает о том, как он готовит новых священников для работы на Юге. Подыскав нужного ему человека, он посвящает его в сан священника и заставляет заучить несколько заповедей. Пожалуй, наиболее характерна седьмая заповедь Нэсби. Она гласит: «Учись читать, или, по крайней мере, узнай форму букв так, чтобы она запечатлелась в твоем уме, когда будешь цитировать из книги или газеты, держи ее нужной стороной вверх. Образование оказало мне огромную помощь»16, — заключает он.

В 1864 г. Нэсби агитирует в своих письмах за Макклеллана. В этой агитации выявляются причины, которые заставляют его поддерживать кандидата реакции. Ему снятся посты, которые он может получить в случае избрания Макклеллана. Правда, однажды сон напугал его — ему пригрезилась Америка через двести лет, ее обитатели с ненавистью вспоминают о южанах. Это пугает Нэсби: он просыпается в холодном поту, но, вспомнив, что в случае победы Макклеллана он может получить пост почтмейстера, «сказал себе: что такое будущее для мертвого человека? Дайте мне тепленькое местечко и деньги, которые позволят мне наполнить свою шкуру виски, не работая, а потомки могут думать, что они пожелают».

Как бы завершая осмеяние «медянок», автор приводит трактовку Нэсби этого понятия. Он заявляет, что является «медянкой» потому, что «они носят как значок голову богини Свободы, вырезанную из медного цента»17. Показав раньше, насколько Нэсби далек от забот о свободе, автор, естественно, издевается и над его трактовкой термина «медянка».

Итак, письма Петролеума Везувиуса Нэсби в целом содержат острое разоблачение происков контрреволюционных элементов на Севере. Локк высмеивал реакционную сущность южных рабовладельцев и их агентов — «медянок», боролся против них оружием смеха. Его заметки помогали борьбе против реакции и рабства.

Высокую оценку юмористическим заметкам Дэвида Росса Локка дал президент Линкольн. Он читал письма Нэсби членам своего кабинета. Рассказывают, что однажды, когда к нему пришли видные политические деятели по важным государственным вопросам, президент опросил у них: «Читали ли вы письма Нэсби?» — «Я их не читал,—был ответ.— А кто такой Нэсби?» — «Есть такой парень в Огайо, — ответил президент, — который опубликовал серию писем в газетах за подписью Петролеума Везувиуса Нэсби. Кто-то мне на днях прислал книжку с ними. Я собираюсь написать Петролеуму, чтобы он приехал сюда. Я собираюсь сказать ему, что если он передаст мне свой талант, я поменяюсь с ним местами». После этого президент прочитал своим коллегам по государственным делам несколько отрывков из писем Нэсби. Об этом эпизоде рассказали газеты времен гражданской войны18.

Дэвид Росс Локк, создатель образа Нэсби, был, пожалуй, наиболее оперативным, последовательным и всесторонним критиком южных рабовладельцев и их агентуры на Севере — «медянок». Его позиция в наибольшей степени совпадала с позицией народных масс и отражала их настроения.

В годы гражданской войны наряду с бурным развитием сатиры появляются интересные рассказы и романы, посвященные борьбе против рабства. К их числу относится роман детского писателя Джона Таунсенда Траубриджа (1827— 1916 гг.), изданный в 1864 г. под названием «Пещера Куджо». В этом романе рассказывается о том, как в штате Теннесси, который входил в состав Конфедерации, против рабства выступили местные патриоты. Они нашли убежище в пещере, где собирались негры, восставшие против своих хозяев. Особенно интересны в книге образы восставшего раба Куджо и его друга Помпа, «настоящего льва», как называет его автор.

Огромную известность получил рассказ, опубликованный в журнале «Атлантик монсли» Эдвардом Эверетом Хейлом (1822—1909 гг.), под названием «Человек без родины». В новелле повествуется о судьбе американского офицера Филиппа Нолана (по-английски его фамилия созвучна словам «без родины» — no land), который участвовал в заговоре против родины и на суде заявил, что он проклинает Соединенные Штаты Америки. Суд приговорил Нолана к изгнанию из Соединенных Штатов. Его посадили на корабль, который постоянно находился в плавании. Нолану запретили выходить на берег Соединенных Штатов, а команде — в разговоре с ним упоминать о существовании Соединенных Штатов. Рассказывая о мучениях человека, утратившего родину, Эдвард Эверет Хейл стремится прославить патриотизм американцев, воевавших против южных рабовладельцев.

Военным действиям против южан посвятил свою книгу генерал Чарльз Грехэм Халпайн (1829—1868 гг.). В этой книге, «Жизнь и приключения рядового Майлса О’Рейли» (1864 г.), он с мягким юмором рассказывает о борьбе Севера против рабства.

Нужно отметить, что тема борьбы против рабства не была единственной темой американской литературы, американских прозаиков в годы гражданской войны. Многим американским писателям, как мы убедились, рассматривая творчество сатириков и юмористов США, стали .ясны пороки северной буржуазии. Против этих пороков выступили не только Артемус Уорд и Дэвид Росс Локк, но и другие писатели.

Наиболее интересным из литературных произведений, посвященных этой тематике, является роман американской писательницы Ребекки Гардиэн Девис (1831 —1910 гг.) «Марта рэт Хаут» (1862 г.). В нем она рассказывает о жизни заводского городка. Целью этого романа она считает «покопаться в обычной, вульгарной американской жизни и увидеть, что она из себя представляет». Несколько раньше Девис опубликовала в журнале «Атлантик» рассказ «Жизнь на металлургическом заводе» (1861 г.), также посвященный рабочим и разоблачению американского капитализма. Она ввела в американскую литературу нового героя — рабочего. После гражданской войны ею был написан роман «В ожидании приговора» (1868 г.), в котором она выступила за демократическое решение негритянского вопроса в послевоенной Америке, против преследований негров.

Героическая тематика в американской литературе в годы гражданской войны нашла главным образом отражение не в прозе, а в поэзии. Многие американские писатели-прозаики, поэты, публицисты были сами непосредственными активными участниками боев. Примером может служить романист и публицист Теодор Уинтроп (1828—1861 гг.), погибший в боях с южанами. Незадолго до своей смерти он опубликовал в журнале «Атлантик монсли» несколько репортажей с театра военных действий. Он был автором нескольких романов, которые были опубликованы уже после его смерти. Показательно, что один из этих романов, «Брозертофт» (1862 г.), посвящен революционным событиям в Нью-Йорке в период войны за независимость.

Интересно отметить, что в годы гражданской войны начинает свой творческий путь известнейший американский юморист и сатирик Марк Твен, который стал основоположником критического реализма. Безусловно, для его становления как реалиста огромное значение имел опыт американской реалистической сатиры периода гражданской войны, ибо американские писатели-сатирики сумели в своем творчестве отобразить наиболее характерные типические стороны американской действительности. Они рассказали и о проделках всякого рода северных политиканов и мошенников, о пороках северной буржуазии, о пороках, которые носит в себе капиталистическая Америка. Вместе с тем они ярко разоблачили паразитизм и человеконенавистничество южных рабовладельцев. Для американских юмористов периода гражданской войны характерны реалистические приемы изображения действительности, которые затем были восприняты и развиты на новой основе Марком Твеном.

Писатели-сатирики были тесно связаны с народными массами. Они отражали настроения и устремления народных масс, и в свою очередь массы отвечали им вниманием. Их произведения пользовались огромным сочувствием у американских рядовых читателей. Американские писатели-сатирики использовали лучшие достижения американского фольклора и сами их развивали. Недаром в хрестоматии по американскому фольклору включаются произведения Артемуса Уорда, Локка и Марка Твена —они действительно шли в русле американского фольклора, лучшие стороны которого с самого начала были направлены на осмеяние трусости, паразитизма, невежества богачей, на воспевание мужества и силы простого американского труженика, фермера и рабочего. Реализм и подлинная народность определяют тот большой вклад, который американские писатели-сатирики внесли в становление метода критического реализма.

Особенно большую активность в годы гражданской войны проявили американские поэты. Уолт Уитмен, Джон Гринлиф Уиттиер, Уильям Каллен Брайент, Генри Уодсворд Лонгфелло, Ральф Уолдо Эмерсон, Джеймс Рассел Лоуэлл и др. активно выступали в поддержку борьбы против южных рабовладельцев. В их позиции наглядно проявились и различия в понимании целей и задач борьбы.

Высочайшим поэтическим достижением американской литература в годы гражданской войны является своеобразная поэзия Уолта Уитмена — выдающегося поэта-реалиста. Подъем движения народных масс вдохновил Уитмена на создание стихотворений, по-новому изображающих простой народ, дал широкий простор тем героическим мотивам его поэзии, которые так ярко проявились в лучших стихотворениях первых изданий «Листьев травы». От героизации труда рабочих и фермеров, от призыва к героическому подвигу теперь, в годы гражданской войны, Уитмен переходит к воспеванию подвигов народа, борющегося против армии рабовладельцев.

Говоря о значении для своего творчества войны Севера и Юга, Уитмен писал в статье «Взгляд назад, на пройденные пути»: «Эти мои стихи (довоенного периода. —Я. 3.), сколько бы я их ни написал еще, могли бы появляться и появляться и ни к чему бы не привели… Лишь с началом гражданской войны и всего того, что она осветила мне, как вспышками молнии,., от сильных впечатлений, вызванных сценами этой войны, определенно выявились окончательные обоснования для своеобразной и страстной песни».

Во время гражданской войны У. Уитмен находился в рядах армии северян — он был санитаром, ухаживал за ранеными солдатами. Именно теперь поэт увидел особенно ярко в народе, в людях пруда проявление тех замечательных качеств, которые он воспевал и ранее.

В стихотворении «Песня знамени на утренней заре» поэт восклицает: «Наконец-то мне ясна моя тема!» Эта тема — борьба народа против рабства.

Поэт выступает со страстным призывом к борьбе за правое дело, воплощенное в этом стихотворении в образе знамени. Знамя борьбы освящает день битвы за свободу.

Народная война против рабства и угнетения вдохновляет поэта на новые песни, и этот период был для Уитмена весьма продуктивным. Крупнейший цикл стихав «Барабанный бой», написанный поэтом, включает такие замечательные произведения, как «О капитан, мой капитан!», «Когда во дворе перед домом цвела этой весною сирень», «Иди с поля, отец», «Бей, бей, барабан!» и другие стихотворения, прославившие Уитмена.

Стихотворения военных лет лишены тех элементов абстрактности и объективизма, которые были присущи некоторым его прежним стихотворениям. Призывая народ к борьбе, поэт гневно осуждает буржуа, которые стремятся нажиться на крови солдат армии Севера. Он заявляет, что сейчас «не время для сделок — для торгашей, спекулянтов».

Эта мысль выражена и в стихотворении «Песня знамени на утренней заре». Отцу, стремящемуся навязать своему ребенку страсть к деньгам, противопоставлен поэт, воспевающий борьбу за свободу, и в споре между ними побеждает поэт.

Стихи У. Уитмена военных лет выражали сокровенные думы простых людей Америки, они, бесспорно, были лучшей частью поэзии гражданской войны. В стихотворении «Видение артиллериста» поэт воспевает героизм и самоотверженность солдат Севера. В стихотворениях «Кавалерия, идущая вброд» и др. даны образы солдат, воюющих против рабства, раненных в боях ветеранов, скорбные образы матерей и отцов солдат, погибших в борьбе против рабства («Иди с поля, отец»).

Замечательным примером маршевой поэзии является поэма «Пионеры! Пионеры!»19, в которой поэт призывает народ идти на бой с врагами свободы:

Дети мои загорелые,
Стройно, шагом, друг за другом, приготовьте ваши ружья,
С вами ли ваши пистолеты и острые топоры?
Пионеры! О пионеры!

Стихи У. Уитмена военных лет свидетельствуют о несправедливости распространенного мнения, что главное в его поэзии— отказ от традиционных поэтических приемов. Это ошибочное мнение основывается, правда, на словах самого поэта. В статье «Взгляд назад, на пройденные пути» (1888 г.) он писал о некоем особом характере своей поэзии, о том, что в ней не должно быть «никаких избитых украшений, или излюбленных любовных или военных фабул, или высоких исключительных персонажей песен Старого мира; ничего только ради красоты — ни легенд, ни мифов, ни романтики, ни эвфемизмов, ни рифмы». Выступая против условностей поэзии прежних времен и стремясь приблизить поэзию к народной речи, Уитмен вместе с тем провозглашает отказ от рифмы и классических размеров. Сама творческая практика Уитмена в годы войны Севера и Юга, однако, опровергает заявление о полном отказе от традиционных приемов в поэзии. Именно в этот лучший, по мнению самого У. Уитмена, период творчества он чаще, чем в другие периоды, обращается к приемам классической поэзии — к рифме, к классическим размерам. Характерно в этом отношении, пожалуй, наиболее широко известное стихотворение Уитмена «О капитан, мой капитан!» Стихотворение посвящено памяти президента Линкольна. В этом стихотворении поэт, утверждающий, что ему чужды приемы традиционной поэзии, блестяще их использовал. Уитмен создает исключительный по силе выразительности образ капитана, гибнущего на палубе корабля, который он привел в гавань. В стихотворении сливаются воедино два мотива: мотив победы, достигнутой в итоге исключительно напряженной борьбы, и мотив скорби. Вот первые строфы этого стихотворения.

О капитан! мой капитан! сквозь бурю мы прошли!
Изведан каждый ураган, и клад мы обрели,
И гавань ждет, бурлит народ, колокола трезвонят,
И все глядят на твой фрегат, отчаянный и грозный!

Но сердце! сердце! сердце!
Кровавою струей
Забрызгана та палуба,
Где пал ты неживой.

Память об Аврааме Линкольне была очень дорога У. Уитмену; ему же он посвятил и стихотворение «Когда во дворе перед домом цвела этой весною сирень», исполненное подлинного драматизма.

Яркие страницы посвящены гражданской войне и в прозе У. Уитмена. Своеобразный дневник У. Уитмена, опубликованный им в 1883 г. под заглавием «Памятные даты», содержит многочисленные зарисовки, портреты участников войны, с которыми поэту приходилось знакомиться в госпитале. С глубокой симпатией поэт говорит о людях из народа, о борцах за свободу, таких, например, как Томас Хейли, ирландский парень, который приехал в Америку, чтобы принять участие в войне против рабовладельцев, и был смертельно ранен. Рассказывая о поражениях северян в первых сражениях войны, У. Уитмен справедливо видит одну из причин неудач в нерешительности и трусости офицерства. После поражения в битве при Балл-Ране в июле 1861 г. поэт обращается к офицерам: «Вы здесь, носители эполетов? А где ваши роты? Где ваши солдаты? Ничтожные люди! Что вы там толкуете о военном счастье, о том, что вы сбились с дороги, о всякой такой чепухе! Говорю вам прямо: я считаю, что в этом отступлении виноваты вы. Лгите, хвастайте, рисуйтесь в роскошных салонах Вилларда и барах или где вам угодно — никакие разглагольствования вам не помогут. Балл-Ран — дело ваших рук; обладай вы половиной или хоть десятой долей того мужества, которым отличаются ваши солдаты, ничего этого не случилось бы».

Записи У. Уитмена, который провел годы войны около раненых солдат, проникнуты подлинным гуманизмом. Они и сегодня остаются волнующим документом, свидетельствующим о высоких чувствах и стремлениях борцов за свободу.

Наиболее последовательными борцами против рабства среди писателей США зарекомендовали себя поэты Уильям Каллен Брайент и Джон Гринлиф Уиттиер.

Уильям Каллен Брайент помимо своей обширной публицистической деятельности, направленной на борьбу с мятежниками, в стихотворениях обращался к народу с призывом выступить против рабства. Всю страну обошло его стихотворение «Призыв нашей страны», где он писал:

Отложи топор, отбрось лопату,
Оставь в борозде натруженный плуг.
Ружья и острые штыки
Для рук, подобных твоим, теперь подходят больше20.

Призывая своих соотечественников на борьбу, он заключает это знаменитое стихотворение призывом:

Ударим за нашу широкую и хорошую землю!
Удар за ударом, пока люди не увидят,
Что сила и правда движутся рука об руку,
И славным должен быть их триумф21.

Борьбе против рабства посвящены и его стихотворения «Поэт», «Еще нет» и «Смерть Линкольна». Особенно известно стихотворение, посвященное смерти Линкольна, в котором он воспевает президента Соединенных Штатов как вождя борьбы за освобождение негров от рабства, как олицетворение надежд и чаяний американского народа.

Брайент в годы гражданской войны основное внимание уделял публицистической деятельности, и его пламенной антирабовладельческой публицистике созвучны были его вдохновенные, волнующие стихотворения.

Джон Гринлиф Уиттиер (1807—1892 гг.) выступает против рабства главным образом в своих стихотворениях. Он издает в 1864 г. книгу «Во время войны», в которой собраны его стихотворения военных лет, посвященные борьбе против рабства. Уиттиер был в это время тяжело болен и, может быть, этим объясняется то, что он мало сотрудничал в нью-йоркской печати. Болезнь, однако, не мешала ему выступать с замечательными стихами. Огромную известность в США получило его стихотворение «Бог — наша крепость и оплот», написанное на мотив лютеранского гимна. Это стихотворение, как известно, распевали солдаты армии северян. В нем Уиттиер призывает к торжеству дела Союза в борьбе против рабства. Он пишет:

О, Север и Юг,
Жертвы и того, и другого!
Можете ли вы не кричать:
«Пусть умрет рабство!»
И союз найти в свободе?22

Этот призыв к борьбе против рабства, за освобождение негров пронизывает всю политическую лирику Уиттиера.

Рисунок к поэмеД. Г. Уиттиера «Мой соотечественникв цепях», 1835 г.

Рисунок к поэме
Д. Г. Уиттиера «Мой соотечественник
в цепях», 1835 г.

Источник: Liberty Maniacs

Характерен его поэтический комментарий на злобу дня — стихотворение «Генералу Джону Фримонту». Обращаясь к генералу армии северян, самовольно заявившему об освобождении негров, которые вступили в его армию, Уиттиер приветствует его за этот мужественный поступок, хотя он тут же оговаривается, что, может быть, нужно было этот шаг согласовать с правительством.

Как известно, президент Линкольн отменил приказ Джона Фримонта об освобождении рабов военными властями на территории мятежников. В этом проявилась его половинчатая позиция.

Обращаясь к Фримонту, Джон Гринлиф Уиттиер пишет:

Твоя ошибка, Фримонт, была просто выполнить
Дело храброго человека без тупости государственного деятеля,
И, приняв свет здравого смысла,
Нанести удар по сути и по последствиям.
О, никогда еще с тех пор, как
Роланд протрубил в свой рог
В Ронсевале, не был провозглашен призыв, так
Далеко слышный, столь далеко разносящийся, как твой собственный,
Услышанный из обители утраченной надежды на свободу23.

Антирабовладельческие тенденции являются главными в поэзии Уиттиера. И не случайно вести об освобождении негров он встретил пламенным стихотворением «Прокламация».

Одним из наиболее известных стихотворений Уиттиера времен войны является его поэма «Барбара Фричи», в которой он воспевает подвиг девяностолетней старухи, вывесившей в городе, захваченном южанами, флаг Соединенных Штатов.

Если говорить о творческом методе поэтов Уиттиера и Брайента, то их стихотворения во многом сохраняют романтическую приподнятость, хотя в их творчестве появляются новые моменты, позволяющие говорить об определенном отказе от романтических традиций и о сближении их с реалистической поэзией.

Джон Гринлиф Уиттиер выступал и как публицист — страстный борец против рабства. В письме, с которым Джон Гринлиф Уиттиер обратился к известному аболиционисту, редактору еженедельника «Либерейтер» Уильяму Ллойду Гаррисону, Уиттиер с гордостью говорит о том, что его участие в деятельности общества помогло уничтожению рабства в Соединенных Штатах Америки, что тридцатилетняя деятельность общества, активным участником которого он состоял, принесла наконец свои плоды. Уиттиер счастлив, что смог «остаться верным обязательству, под которым подписался, и что в прошедшие годы

…Мой голос, хотя и не самый громкий, был слышен
Повсюду, где свободу пытались попрать24.

Особенно впечатляюща статья Уиттиера, посвященная смерти Линкольна. Она называется «Урок и наши обязанности» и говорит о том, что убийство Линкольна было огромным . уроком для американского народа, показавшим необходимость окончательного искоренения рабства. «В великодушии завоеванной победы мы были, — пишет он, — может быть, склонны забывать не столько виновных вождей и обманутые массы восставших, сколько непереносимый ужас и грех рабства»25.

Эта статья замечательна тем, что Уиттиер выступает за справедливое разрешение негритянского вопроса в Соединенных Штатах Америки после победы северян. Он считает необходимым не только дать формальную свободу неграм, но и предоставить им реальные права для того, чтобы они могли воспользоваться этой свободой. Правда, в этой же статье Уиттиера сказывается его ограниченность, его квакерство Он говорит о милосердии к врагам, пользуясь при этом своей квакерской терминологией. Тем не менее, несмотря на эту религиозную ограниченность, Уиттиер оказался очень проницательным политиком — он понимал, что недостаточно освободить негров юридически.

Активно выступает в годы гражданской войны Джеймс Рассел Лоуэлл. Он публикует вторую серию своих знаменитых «Бумаг Биглоу», в которых воспевает борьбу против рабства и высмеивает южных рабовладельцев. «Бумаги Биглоу» оформлены в виде стихотворений, написанных фермером из Новой Англии Хозиа Биглоу и отредактированных пастором Гомером Уилбуром из Первой церкви Джейэлем.

В стихотворениях, опубликованных в этом цикле и посвященных прославлению дела борьбы северян против южных рабовладельцев, Лоуэлл воспроизводит особенности американского диалекта, не считаясь с традиционной орфографией. Вместе с тем он издевается над педантизмом ученого пастора Уилбура.

Вторая серия «Бумаг Биглоу» состоит из десяти писем, большая часть которых была опубликована в различных номерах журнала «Атлантик монсли»: е января по июнь 1862 г. было опубликовано 6 писем за подписью «преподобного Гомера Уилбура». В феврале 1863 г. было опубликовано седьмое послание мистера Биглоу, в котором сообщалось о смерти Гомера Уилбура. Наконец, в апреле 1865 г. было опубликовано десятое письмо.

Письма Биглоу посвящены наиболее существенным событиям в жизни США в годы гражданской войны. Так, в первом письме Лоуэлл обличает южных рабовладельцев, во втором он высмеивает прорабовладельческую политику правителей Великобритании, в четвертом пародируется послание президента Конфедерации Джефферсона Дэвиса, который заявляет, что, по его мнению, победа теперь состоит в «триумфальном отходе назад»26. В седьмом послании Биглоу приветствует решение президента Линкольна об освобождении рабов. Возражая против тех, кто выступает против Прокламации Линкольна об освобождении негров, он пишет:

Она (Прокламация. — Я. 3.) не освободит нас,
Если мы не хотим освобождения.
Право быть проклятым дураком
Защищено от всех людских уловок,
Оно присуще (как общее правило)
Каждому творению женщины.

Высмеивая, таким образом, тех, кто был напуган освобождением негров, он заявляет:

Народ нашей страны имеет мужество
Верить одинаково твердо, несмотря на успех или поражение,
В свободу, как Джеф27 верит в рабство28.

И в этом стихотворении выражается твердая уверенность в том, что дело свободы восторжествует лишь после уничтожения рабства.

Нужно сказать, что в стихотворениях Лоуэлла, замена-, тельных своими реалистическими приемами и полемически направленных против романтической школы, отсутствует та симпатия к порабощенным неграм, которой проникнуто творчество поэтов-романтиков Брайента и Уиттиера.

Еще более умеренную позицию по отношению к борьбе против рабства занимал в годы гражданской войны выдающийся американский поэт Генри Уодсворт Лонгфелло. Будучи сторонником аболиционистов, он в годы гражданской войны уделяет главное внимание работе над поэтическим циклом «Рассказы придорожной гостиницы» и одновременно выступает со стихотворениями, посвященными гражданской войне. Для его стихотворения характерна романтическая оторванность от реальной жизни и абстракция. В стихотворении «Рождественские колокола» Лонгфелло описывает восстание южных рабовладельцев.

Но вдруг на Юге золотом
Орудий черных грянул гром…
И вот едва слышны слова:
Мир на земле и счастье всем!
Землетрясений страшный гул
Весь материк перевернул,
Вмиг заглушив
Святой призыв:
«Мир на земле и счастье всем!»
И я вздохнул в зловещей мгле.
«Нет больше мира на земле!»
Под игом Зла
Песнь замерла:
«Мир на земле и счастье всем!»
Но снова звон колоколов
Донес мне звук заветных слов:
«Довольно бед!
Придет рассвет:
Мир на земле и счастье всем!»29.

В стихотворении «Убитый у брода», рассказывая о северном солдате, погибшем в борьбе с южными рабовладельцами, Лонгфелло уклоняется от того, чтобы сказать, за какое дело погиб солдат, и углубляется в романтическое любование сценой его смерти. Лонгфелло уходит от реальной жизни в мир романтических символов.

В годы гражданской войны выступили также многие поэты, которые не оставили заметного следа в истории американской поэзии, но в свое время они сыграли выдающуюся роль в борьбе против рабства. К числу таких поэтов следует отнести Джорджа Генри Бокера (1823—1890 гг.), который очень активно в это время выступает с поэтическими произведениями в печати северян.

Американская поэзия гражданской войны опиралась на замечательные традиции американского устного народного творчества. В годы гражданской войны народ создал замечательные образцы боевых маршевых песен, и общение с народным творчеством помогало поэтам, обогащало их творчество.

В качестве примера такого общения поэзии и фольклора можно назвать «Боевой гимн республики», написанный поэтессой Джулией Уорд Хау на мотив народной маршевой песни. К числу замечательных произведений фольклора относятся песни, посвященные Аврааму Линкольну, например, «Старый Эйб Линкольн вышел из чащи леса». Эта песня, написанная на мотив негритянских спиричуэле, была очень популярна в годы гражданской войны. Ее распевали во время предвыборной кампании в 1860 г., когда толпы народа участвовали в предвыборных процессиях.

Фольклор дает очень разнообразные образцы поэзии. Здесь и шуточная солдатская песня «Жил-был старый солдат с деревянною ногой» и песни, посвященные борьбе против предателей дела северян, как, например, «Встреча на границе».

Есть и песни, посвященные победам северян над армией южан. Вот, например, песня «Шерман в Саванне»:

Слава богу в небесах!
Кричите громко: «Осанна!»
Чаща предательства пройдена,
Берег Ханаана, наконец, достигнут.
Трубите всему народу:
«Шерман в Саванне!»30

В эти годы получает новое развитие и негритянский фольклор. В нем развиваются новые черты. (Прежде всего это мужественный призыв к борьбе против рабовладельцев. Замечательны негритянские песни, в которых высмеиваются рабовладельцы и их бегство из своих владений. С непередаваемым юмором в одной из песен рассказывается на негритянском диалекте, как

Старый хозяин занят тем, что прячется В болотах по колени. О!— О!
В то время, как Дина, Помп и Питт выглядят так,
Как будто они очень довольны. О! — О!31

В других песнях негры, освободившиеся от рабства, выражают надежду на новую, счастливую жизнь, надежду, которая не была осуществлена в годы реконструкции.

Наиболее известным произведением народной поэзии в годы гражданской войны стала знаменитая песня северян «Тело Джона Брауна», в которой рассказывается о борьбе против рабства и содержится, боевой призыв: «Мы повесим тело Джефа Дэвиса на поганой яблоне». В этой песне прославляется свободолюбивый дух войны против южных рабовладельцев.

В народной поэзии, в фольклоре в годы гражданской войны наблюдается рост новых свободолюбивых тенденций. В негритянском фольклоре в это время появляются новые черты — воспевание веры в силы человека, освободившегося от рабства.

Существует тесная связь между развитием народной поэзии и поэтическим творчеством выдающихся американских писателей. Безусловно, образы фольклора способствовали появлению новых реалистических тенденций в американской поэзии, которые мы наблюдаем в творчестве Джона Гринлифа Уиттиера, Уильяма Каллена Брайента и Джеймса Рассела Лоуэлла.

Говоря в целом об американской литературе эпохи гражданской войны, отметим, что активное участие писателей в политической борьбе, укрепление их связи с народными массами, стремление выразить настроения и чаяния народных масс способствовали и определенному усилению реалистических тенденций в американской литературе.

Примечания

  • 1 См. F. L. Mott, American Journalism, New York, 1956, p. 329—408.
  • 2 W. С. Bryant, Selections from his poetry and prose, New York, 1945, p. 92.
  • 3 Там же.
  • 4 L. V. Parrington, Main Currents in American Thought, vol. III, New York, 1927, p. 239.
  • 5 W. Z. Foster, History of the Communist Party of the United States, New York, 1952.
  • 6 F. L. Mott, American Journalism, р. 355.
  • 7 Об этих газетах подробнее см. в книге Ф. Фонера «История рабочего движения в США», М., 1949, стр. 378—379, 383—417.
  • 8 См. F. L. Mott, A History of American Magazines, vol. II, New York, 1937.
  • 9 A. Nevins and Fr. Weitenkampf, A Century of Political Cartoons, New York, 1944, p. 104.
  • 10 Ar. Ward, The Complete Works, London, 1899, p. 117.
  • 11 Ar. Ward, указ, соч, стр. 150.
  • 12 Petroleum V. Nasby, Let’s Laugh, Girard, 1924, p. 7.
  • 13 Там же, стр. 17.
  • 14 Petroleum V. Nasby, указ, соч., стр. 20.
  • 15 Там же, стр. 22.
  • 16 Там же, стр. 30.
  • 17 Petroleum V. Nasby, указ, соч., стр. 37.
  • 18 См. там же, стр. 1—5.
  • 19 Пионерами в Америке называли людей, прокладывавших первые пути в глубь еще не изведанных районов американского материка, расчищавших себе дороги через девственные леса и преодолевавших большие трудности и лишения.
  • 20 W. С. Bryant, указ, соч., стр. 57.
  • 21 Там же, стр. 59.
  • 22 J. G. Whittier, The poetical Works, Cambridge (Mass.), 1899, p. 242.
  • 23 J. G. Whittier, указ, соч., стр. 242.
  • 24 J. G. Whittier, The Prose Works, vol. Ill, Cambridge, 1904, p. 147,
  • 25 Там же, стр. 150.
  • 26 J. R. Lowell, The Complete Poetical Works, Cambridge, 1925, p. 264.
  • 27 Имеется в виду президент Конфедерации Джефферсон Дэвис.
  • 28 J. R. Lowell, указ, соч., стр. 268.
  • 29 Г. У. Лонгфелло, Избранное, М., 1958, стр. 394 , 395.
  • 30 F. Moore, Civil War in Song and Story, New York, 1882, p. 194.
  • 31 F. Moore, указ, соч., стр. 302.

Опубликовано: К столетию гражданской войны в США / Под ред. А.В. Ефимова и Л.И. Зубока. М., 1961. C. 481-512.
OCR 2018 Северная Америка. Век девятнадцатый.

Чтобы сообщить об ошибке или опечатке, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Скачать