Радикализм или/и консенсус в жизни и творчестве Фредерика Дугласа

Небольшая статья известного российского специалиста по афро-американской литературе XIX века о Фредерике Дугласе, втором после А. Линкольна самом известном в мире американце XIX века.

Жизнь Фредерика Дугласа (1818 — 1895 гг.), самого выдающегося афро-американского лидера XIX в., писателя, журналиста и просветителя, состоит из двух главных этапов: двадцати лет пребывания в рабстве, завершившихся успешным (со второй попытки) бегством на Север в 1838 г., и пятидесяти семи лет жизни на Севере, посвященных борьбе с рабством и его последствиями. Неслучайно свою лучшую автобиографическую книгу Ф. Дуглас назвал: «В рабстве и на свободе» (1855 г.)1.

В 40-е — начале 60-х гг. XIX в. «на свободе» происходят формирование и эволюция его взглядов на способы борьбы с рабством, объективный характер американской конституции и отношение к Союзу, участие в политической борьбе, общественные организации и политические партии, расизм, проблему идентификации афро-американцев, пути и способы интеграции чернокожих в американском обществе, политические, экономические и социальные реформы, отношение к женскому движению. Система взглядов Ф. Дугласа, сложившаяся к началу Гражданской войны, получила выражение в его публицистике, художественно-документальном и художественном творчестве. Ей он руководствовался как в своей чрезвычайно интенсивной общественной и политической деятельности, так и в личной жизни.

Ф. Дуглас ни дня не учился в школе. Зато он прошел другие университеты. Его первый диплом, как он говорил, на его спине — рубцы, полученные в рабстве. Оказанное им физическое сопротивление «объездчику» рабов Коуви, положившее конец систематическим избиениям и истязаниям, осознание необходимости применения ответного насилия в борьбе за свободу — этот опыт его жизни в рабстве не был им забыт в жизни на свободе.

Вторым своим университетом Ф. Дуглас справедливо считал Американское антирабовладельческое общество. Вот свидетельство самого Дугласа, приближавшегося к семидесятилетнему возрасту: «Когда меня спрашивали, где я получил образование, я всегда отвечал: «В Массачусетском Аболиционистском университете, президентом которого был м-р Гаррисон»»2.

В этом университете он находился в 40-е гг. — годы деятельности в качестве агента, лектора Аболиционистского общества, вначале исполненного энтузиазма ученика Гаррисона, а затем соратника.

Тем не менее с конца 40-х гг. назревал конфликт и надвигался неизбежный разрыв Дугласа с гаррисоновским крылом в аболиционистском движении. Помимо патерналистского подхода к чернокожим, который Дуглас отверг, они разошлись в оценке Конституции Соединенных Штатов, в подходе к распаду Союза и выборе способов борьбы с рабством.

У.Л. Гаррисон считал американскую конституцию (по его словам, это «договор со смертью и соглашение с адом»3) прорабовладельческой, и потому он и его сторонники выступали против необходимости сохранения основанного на этой конституции Союза (disunion). Единственным средством борьбы с рабством они считали убеждение, пассивное сопротивление, непротивление злу насилием (non-resistance), отвергали необходимость насильственных и даже политических средств борьбы, в том числе и участие в голосовании (non-voting principle).

Ф.Дуглас в 1847г., после возвращения из Европы и встречи с Дж. Брауном, переезжает вместе со своей семьей из Линна (Массачусетс, в нескольких милях севернее Бостона, зона влияния У.Л. Гаррисона и газет Liberator, Anti-Slavery Standard) в Рочестер, расположенный в западной части штата Нью-Йорк. Здесь, вопреки воле Гаррисона и его окружения, с 3 декабря 1847 г. по август 1863 г., на протяжении шестнадцати лет, Ф. Дуглас издает, редактирует, является главным автором сначала еженедельной газеты North Star, переименованной им в июне 1857 г. во Frederick Paper, а затем с июня 1858 г. ежемесячника Douglas Monthly, одного из лучших аболиционистских изданий эпохи.

«Самостоятельное решение издавать газету стало его первой «Декларацией независимости»»4.

Журналистская деятельность потребовала от Дугласа самостоятельного переосмысления истории борьбы с рабством, всей американской истории, политических институтов. Дуглас много читает, в том числе и работы оппонентов Гаррисона аболиционистов Г. Смита, Л. Спунера, У. Гуделла, обращается к первоисточникам и руководствуется присущим ему здравым смыслом, который начинает противиться догматизму и абстракциям У.Л. Гаррисона. Журналистика стала третьим важнейшим университетом в жизни Ф. Дугласа («…для меня это была лучшая школа. Она заставила меня думать и читать, она научила меня ясно выражать свои мысли…»5) и способствовала формированию и выражению его радикализировавшихся взглядов, которые стали очень отличаться от взглядов У.Л. Гаррисона.

Ф. Дуглас пришел к выводу о том, что конституция Соединенных Штатов является антирабовладельческой и, следовательно, рабовладение — «беззаконная система насилия; что оно никогда не было юридически законным и никогда не будет считаться таковым; и что первая обязанность каждого американского гражданина… использовать не только средства морального убеждения, но и политические средства для ликвидации рабства»6.

Важнейшим политическим средством Дуглас стал считать активное участие в избирательных кампаниях и голосовании. «Рабовладельцы управляли страной с помощью правительства в течение последних пятнадцати лет. Пусть враги рабства руководят нацией в течение следующих пятидесяти лет»7 — это сказано Дугласом 26 марта 1860 г. в речи «Конституция Соединенных Штатов — прорабовладельческая или антирабовладельческая?». Тогда же, еще до выдвижении в мае 1860 г. кандидатуры А. Линкольна, были произнесены пророческие слова: «Давайте предположим, что президентом США станет противник рабства (день, когда это произойдет, уже не за горами), и этот президент покончит с рабством»8.

Дуглас подверг резкой критике лозунг Гаррисона «Никакого союза с рабовладельцами», ибо отказ от сохранения Союза означал отказ от помощи рабам, предоставление их самим себе и «освобождение Севера от ответственности за рабство»9. Тем самым Американское антирабовладельческое общество отказывается от своей главной цели — освобождения рабов. Дуглас отстаивает другой лозунг — «Никакого союза с рабовладением», что означает обновленный Союз, «в каждом штате которого будет ликвидировано рабство»10.

В мае 1851 г. произошел разрыв Дугласа с Гаррисоном и его сторонниками. Дуглас выступил на ежегодном собрании членов Американского антирабовладельческого общества с изложением своих новых взглядов. Конфликт привел и к разрыву личных отношений, ибо Гаррисон воспринял выступление Дугласа как предательство. Консенсус оказался невозможным, и Дуглас был прав, не отказываясь, а углубляя и дополняя свои новые взгляды. Логическим завершением в дальнейшем станет требование избирательного права для чернокожих. Он должен был и пошел дальше Гаррисона, преодолев его «голое теоретизирование»11 и узость взглядов, хотя разрыв с бывшим наставником был для Дугласа очень болезненным.

Но историческая ситуация подарила Ф. Дугласу общение еще с двумя великими американцами, которые принадлежали не только этой эпохе, но и всей истории страны, — Джоном Брауном и Авраамом Линкольном.

Как это ни парадоксально на первый взгляд, если иметь в виду их очень далекие друг от друга позиции в 50-е гг., между ними было много общего. Их портретное сходство бросается в глаза. Их роднят демократическое происхождение, национальные, народные корни. Как оказалось, им суждено было прожить почти одинаковое количество лет: Джону Брауну — 59, Аврааму Линкольну — 56 — и погибнуть от насильственной смерти: Дж. Браун был повешен 2 декабря 1859 г. по приговору рабовладельческого суда штата Виргиния, А. Линкольн погиб от пули, посланной в него 14 апреля 1865 г. актером Бутсом, фанатичным сторонником рабства. Дж. Браун во главе отряда, состоявшего из 14 белых и 5 чернокожих, захватил арсенал в Харперс-Ферри и провозгласил освобождение всех рабов. А. Линкольн подписал 1 января 1863 г. прокламацию об освобождении рабов и призвал в армию чернокожих.

Дж. Браун в предсмертной записке четким почерком написал: «Я, Джон Браун, теперь твердо знаю, что преступления этой греховной страны могут быть искуплены только кровью. Я теперь вижу, что напрасно надеялся, что этого можно достичь малой кровью»12.

Во многом разрыв Ф. Дугласа и У.Л. Гаррисона был подготовлен идейным сближением Ф. Дугласа с конца 40-х гг. с Дж. Брауном, придерживавшимся стратегии насилия. В конце 1847г. Дж. Браун сказал Ф.Дугласу, что он не верит, что «моральные увещевания могут освободить раба», что «никакой народ не может уважать себя или вызывать к себе уважение, если он сам не сражается за свою свободу»13, и изложил ему свой первый план организации вооруженных отрядов из чернокожих, которые будут действовать по всему Югу. Дж. Браун во время их встреч вплоть до последней в августе 1859 г., когда он открыл Дугласу свой план нападения на федеральный арсенал в Харперс-Ферри, убеждал Дугласа в необходимости организации восстания рабов и партизанской войны на всем Юге.

До конца своей жизни Ф. Дуглас писал о влиянии Дж. Брауна на его ум и сердце, считал Брауна одним из величайших американских героев и включал его в свой личный пантеон героев.

Ф. Дуглас согласился с Дж. Брауном в том, что мирными способами не достичь освобождения рабов. В речи, произнесенной Ф. Дугласом 8 июня 1849 г. в Бостоне, слышится явный отзвук бесед с Дж. Брауном: «…я буду приветствовать информацию, которая поступит завтра, о том, что рабы подняли восстание на Юге, и о том, что черные руки, которые способствовали процветанию и украшению Юга, сеют смерть и разорение»14.

Весь предшествовавший жизненный опыт Дугласа подготовил его к необходимости восстания ради свободы, хотя в его душе существовал «конфликт между насилием и ненасилием»15, хотя он не принял приглашения Дж. Брауна участвовать в нападении на федеральный арсенал.

В каменоломне под Чэмберсбургом (Пенсильвания), куда его вызвал письмом Дж. Браун, в долгой дискуссии, занявшей два августовских дня 1859 г., Ф. Дуглас подверг критике замысел Дж. Брауна как тактически неверный и пагубный и для реализации плана вывоза рабов в горы, и для самих участников нападения на арсенал. Сама идея вооруженной борьбы за освобождение рабов под сомнение не ставилась16.

Именно предвоенные пятидесятые годы, годы интенсивной журналистской деятельности, дружбы с Дж. Брауном, стали годами радикализации взглядов бывшего сторонника Гаррисона. Сам Дуглас считал, что все самое лучшее сказано и написано им в 1840- 1860 гг.

В этот период написана им и романтическая повесть «Раб- герой» (The Heroic Slave)17, опубликованная в марте 1853 г., первое художественное произведение афро-американской литературы. Главный герой повести — беглый раб Мэддисон Вашингтон, возглавивший в 1841 г. восстание на невольничьем корабле «Креол». Прототипом героя является реальная историческая личность. Дуглас придал этому персонажу и свои собственные черты. В повести Мэддисон Вашингтон не хочет кровопролития, но в случае необходимости не останавливается перед ним, ссылаясь на опыт Американской революции.

К началу Гражданской войны у Ф. Дугласа, самого радикального после Дж. Брауна аболициониста, сложилась цельная и последовательная система взглядов на рабство и способы его ликвидации, на Союз и пути его сохранения, цели, характер и даже исход надвигающейся войны, которую он предвидел. В ходе войны он уточнил, конкретизировал эти взгляды, дополнил их военной стратегией и требованием политических, гражданских прав для чернокожих американцев. Эти взгляды он отстаивал в своей публицистике, на них опирался в своей общественной и политической деятельности.

Накануне Гражданской войны в статье «Как спасти Союз» (февраль 1861 г.) Дуглас пророчески писал: «Единственной причиной, которая может… привести к Гражданской войне… и разрушить страну, является рабство … Рабство — это болезнь, и повсеместная ее ликвидация необходима для будущего спокойствия и безопасности страны … Это вопрос жизни и смерти»18. С началом войны Дуглас не уставал повторять, убедительно аргументировать мысль, которая далеко не всеми его соотечественниками осознавалась: «Рабство — причина войны, и его ликвидация — единственный путь выхода из войны»19 и спасения Союза.

В своей публицистике 60-х гг. Дуглас всесторонне рассмотрел проблему рабовладения, показав губительное воздействие рабства на политику, воспитание, образование, религию, духовное здоровье всей нации. Проблему рабства он связал с проблемами войны и мира, с дальнейшими судьбами страны, грядущих поколений, с мировой историей.

Дуглас выступил против политики компромиссов с рабовладельческим Югом. Уклончивой политике федерального правительства, игнорировавшего главную причину войны — рабство, боявшегося призвать к оружию чернокожих, он противопоставил последовательную и решительную программу действий, включающую жесткие действия против мятежников, освобождение и вооружение рабов, призыв в армию чернокожих Юга и Севера, представление их к офицерским званиям и наградам.

«Мы сражаемся против мятежников только одной рукой, хотя должны сражаться двумя. Мы набираем людей в нашу армию в городах и поселках Севера, а должны набирать их на плантациях Юга. Мы наносим удар по бунтовщикам мягкой белой рукой, а должны ударять железной черной рукой, которую позволяем держать закованной. Мы ловим рабов, вместо того чтобы вооружать их»20.

Дуглас последовательно выступал против деления людей по цвету кожи, против изоляции и отделения рас, наций как внутри страны, так и во всем мире. Резкое неприятие Дугласа вызвал показавшийся многим, в том числе и президенту А. Линкольну, спасительным выходом план колонизации, переселения черной расы в I {снтральную Америку или Африку.

В открытом письме генералу Блайеру (октябрь 1862 г.) он писал: «Я не вижу таких принципиальных различий, которые могли бы помешать нам жить мирно и счастливо в одной стране, под управлением одного правительства»21. «Все направление развития современной цивилизации… несовместимо с изоляцией и разделением на расы. Если бы Россия встала на такой путь, то могущество и сила этого великого народа были бы подорваны наполовину»22.

Плану колонизации Ф. Дуглас противопоставил интеграцию, наделение чернокожих равными с белыми правами, в том числе правом избирать и быть избранными, создание качественно нового Союза, основанного «на великих принципах свободы и равенства»23.

Таким образом, у Дугласа была последовательная и абсолютно верная, как показали последовавшие события, программа действий президента, правительства, армии, программа, которая должна была привести к ликвидации рабства, сохранению обновленного Союза и обретению прочного мира. И он считал себя обязанным открыть mala на характер войны и на эффективную военную стратегию президенту, правительству, конгрессу, Республиканской партии, американскому народу, мировой общественности. Подлинный наследник и продолжатель Дж. Брауна, он, в отличие от своего друга, начал вести к ропотливую работу во имя достижения консенсуса по самому важному вопросу — ликвидации рабства и победы над мятежниками с помощью вооруженных черных американцев.

Президент А. Линкольн, победе которого Дуглас содействовал в обеих избирательных кампаниях 1860 и 1864 гг., был противником рабства. Но в 1860 г. и в начале Гражданской войны он стоял на умеренных позициях, считал самым главным сохранение Союза и включение компромиссного мира с рабовладельческими штатами.

Ф. Дуглас скрупулезно анализировал деятельность и речи президента, начиная с инаугурационной. Жесткой критике он подверг неоднократно подтвержденное президентом право собственности на рабов, поддержку закона о белых рабах, подавление силами армии «поступлений рабов против рабовладельцев, отмену президентом прокламации генерала Фримонта об освобождении рабов Миссури («слабость, глупость и абсурдность этой политики очевидны…»24), нежелание сотрудничать с четырьмя миллионами чернокожих и призывать их в армию, стремление к компромиссному миру с сохранением рабовладения, поддержку теории и плана колонизации черной расы. Ф. Дуглас в своих статьях и речах, опубликованных в Douglas Monthly, упрекал президента за медлительность, нерешительность и неверную военную стратегию.

Вместе с тем Ф. Дуглас верил в великую историческую роль А. Линкольна в решающий час американской истории, с большим уважением относился к его личности. Еще до избрания А. Линкольна президентом Ф. Дуглас высоко оценил общественную позицию, которую он занял в дискуссии с сенатором-демократом С. Дугласом, и увидел в А. Линкольне лидера, способного объединить всех противников рабства. В апреле 1861 г. Ф. Дуглас пророчески пишет о нем как о «первом антирабовладельческом президенте»25 и ценит в нем «сердце и ум», силу духа, стойкость, основательность, выделяя в качестве главной характеристики редкое для политика качество — честность («честный человек», «честный Авраам»).

Ф. Дуглас в своей публицистике (а затем и личных беседах) обращается к президенту как адресату, стремится изменить его умеренную позицию, излагает свои взгляды на войну как войну «за и против рабства», в самом начале войны предлагает, «как покончить с войной» и спасти Союз, анализирует конкретные пути ликвидации рабства, в том числе и издание президентом Прокламации, обосновывает необходимость привлечения чернокожих в армию, предостерегает против компромиссов с мятежниками, призывает извлечь уроки из допущенных ошибок, убеждая, дискутируя, приводя все новые аргументы, ссылаясь на мировое общественное мнение.

И во многом Ф. Дуглас преуспел, ибо А. Линкольн, наделенный здравым смыслом, сам стремился извлекать уроки из исторической ситуации, прислушивался к мнениям уважаемых им людей, в том числе интересовался мнением Дугласа, которого считал «одним из самых достойных людей, если не самым достойным человеком в Соединенных Штатах»26.

22 июля 1862 г. А. Линкольн познакомил правительство с проектом прокламации об освобождении рабов. 22 сентября 1862 г. доработанный А. Линкольном проект был опубликован. Хотя известие о предстоящем освобождении рабов привело к потере Республиканской партией голосов в пяти штатах на выборах осенью 1862 г., президент сдержал слово и подписал прокламацию 1 января 1863 г. Широко известны слова А. Линкольна о том, что если его имя когда-нибудь войдет в историю, то благодаря этому документу.

Сразу же после предварительной публикации прокламации в сентябре 1862 г. Ф. Дуглас высоко оценил ее, несмотря на ее недостатки (свободу получали только рабы мятежных штатов, не контролируемых федеральным правительством): «…это самый важный документ из всех, под которым президент Соединенных Штатов когда- либо ставил свою подпись», — и выразил уверенность, что «Авраам Линкольн не сделает ни шага назад»27.

Ф. Дуглас понимал, как непросто было А. Линкольну принимать радикальные решения: «С истинно аболиционистской точки зрения, м-р Линкольн кажется медлительным, холодным, вялым и безразличным, но, учитывая общественное мнение, с которым он как государственный деятель не может не считаться, он был быстрым, радикальным и решительным»28.

В этой радикализации, кроме целого ряда факторов, была и заслуга Ф. Дугласа, стремившегося к выявлению и сближению позиций.

Важными эпизодами истории достижения консенсуса стали две встречи Ф. Дугласа с А. Линкольном в 1863 — 1864 гг.

После того как А. Линкольн подписал прокламацию, с января 1863 г. черных стали активнее привлекать в армию северян. Дуглас обосновывал необходимость призыва рабов и свободных черных американцев в армию с первых дней войны. Во многом он опирался на идеи Дж. Брауна.

Через всю публицистику Ф. Дугласа периода Гражданской войны проходит сквозной образ федерального правительства, которое предпочитает сражаться с мятежными штатами одной нежной белой рукой, в то время как железная черная рука по вине правительства бездействует. В статье «Сражаясь с мятежниками только одной рукой» (Douglas Monthly, сентябрь 1861 г.) Дуглас воссоздает гипотетическую ситуацию возможной встречи с президентом: «Мы бы сказали ему, что сейчас не время сражаться одной вашей белой рукой и позволять вашей черной руке оставаться закованной»29. Дуглас отпаивает идею создания черных полков, считая, что один черный молк в условиях Юга будет эффективнее двух белых полков.

Когда в начале 1863 г. губернатор штата Массачусетс обратился к Ф. Дугласу с просьбой помочь в организации 54 и 55 Массачусетских полков, все солдаты которых будут чернокожими, Ф. Дуглас принял самое активное участие в работе по их формированию. 21 марта 1863 г. он обратился к людям черной расы с призывом «Цветные, к оружию!»30, и это обращение было напечатано во всех газетах Рочестера.

В статье «Почему цветной должен записаться добровольцем?»31 Дуглас приводит и аргументирует девять причин, по которым следует вступить в армию. Он объездил весь Север, агитируя, записывая добровольцев. Он агитировал не только словом. Три его сына пошли воевать. Двое из них, Льюис и Чарльз, первыми в штате Нью-Йорк записались добровольцами в 54 массачусетский полк, который очень скоро отличился в боях и которому выпала честь первому войти в апреле 1865 г. в столицу Конфедерации Ричмонд.

Когда обнаружилось, что черные солдаты подвергаются в армии дискриминации, Ф. Дуглас посчитал необходимым обратиться к президенту и был очень доброжелательно принят А. Линкольном в конце июля 1863 г.

Между ними было много общего: выходцы из низов, «self-made men», ставшие выдающимися представителями своей расы, люди здравого смысла, бескорыстно и самоотверженно служащие своему народу. Позже Дуглас вспоминал: «Я сразу почувствовал себя в обществе честного (honest) человека, которого я мог любить, уважать, кому мог полностью доверять»32.

Как всегда, Ф. Дуглас предложил позитивную программу по улучшению положения черных солдат: 1) платить им такое же жалованье, что и белым; 2) защищать черных солдат, попавших в плен, от бесчеловечного обращения; отвечать на убийства черных военнопленных такими же действиями по отношению к пленным конфедератам; 3) награждать и присваивать воинские звания отличившимся военнослужащим.

Каждый пункт был серьезно и основательно обсужден. А. Линкольн был честен и искренен. Он привел ряд доводов, почему черным солдатам пока платят меньше, чем белым, но сказал, что это вопрос времени и он будет решен положительно. К концу войны большинство черных военнослужащих получали равное с белыми жалование. По второму пункту Линкольн ничего не обещал, сказав, что идея возмездия неповинным кажется ему бесчеловечной. Реакция Дугласа: «… хотя я не мог согласиться с ним, я не мог не уважать его человечности»33. Третий пункт программы не вызвал у А. Линкольна возражений, и он обещал подписывать награждения и продвижение по службе, которые ему будет представлять военный министр.

Вскоре после этой встречи, 30 июля 1863 г., президент подписал приказ, по которому за каждого убитого военнослужащего Соединенных Штатов, попавшего в плен, будет убит военнопленный- конфедерат.

«К концу войны около 200 тыс. черных служили в армии и флоте Союза»34, и есть все основания утверждать, что программа участия рабов и свободных чернокожих в военных действиях с оружием в руках, которую Ф. Дуглас разработал в самом начале войны (не без влияния Дж. Брауна) и которую убедительно аргументировал, отстаивал и развивал в статьях, речах, письмах и при личной встрече с президентом, повлияла на военную стратегию президента.

Вторая встреча Ф. Дугласа с президентом состоялась в конце августа 1864 г. по инициативе А. Линкольна. Президент был встревожен усилившимися требованиями демократов и части республиканцев любой ценой заключить мир. Президента обвиняли в том, что он ведет войну не за сохранение Союза, а за ликвидацию рабства. На Дугласа произвело глубокое впечатление изменение позиции Линкольна: «… прежде он говорил в ответ на требования мира, что его целью является спасение Союза, независимо от того, сохранится рабство или нет. То, что он говорил теперь, содержало более глубокое осуждение рабства, чем все, что он когда-либо говорил или писал»35.

Президента беспокоила судьба рабов в случае заключения мира, и он предложил Дугласу составить план действий по выводу рабов с помощью группы разведчиков в расположение федеральных войск. Дугласа поразило сходство замысла А. Линкольна с планом Дж. Брауна. 29 августа он прислал из Рочестера составленный им план36. План не понадобился, так как У.С. Грант активизировал наступление, А. Линкольн был вновь избран президентом, конфедераты разгромлены, а рабство на всей территории Юга ликвидировано.

Последний раз они встретились на приеме в честь второй инаугурации А. Линкольна в марте 1865 г. Президент представил его окружающим: «Это мой друг Дуглас» — и спросил его мнение о своей инаугурационной речи. Дуглас сказал: «Это было священное усилие»37.

После гибели президента его вдова прислала Ф. Дугласу в подарок любимую трость А. Линкольна, на которую он опирался во время ходьбы, и записку, в которой писала о глубоком уважении А. Линкольна к Дугласу и о его желании сделать ему подарок. Думается, что это и символический подарок.

И в личной жизни радикал Ф. Дуглас стремился к консенсусу с самим собой. Он сын чернокожей рабыни, чьи предки жили в Африке, и белого рабовладельца. Его первая жена — Анна Мюррей — цвета кожи его матери. Овдовев, он женился на белой Элен Пите, у которой цвет кожи его отца. Он старался примирить в себе, и ему это удавалось, его «Negroness» и «Americaness».

Таким образом, Ф. Дуглас не шел на компромиссы по принципиальным вопросам, но он стремился к консенсусу и добивался его на общественном, политическом и личностном уровнях, сочетая радикализм (без фанатизма или догматизма) и консенсус в своей жизни и публицистике.

Примечания

  • 1 Douglass F. My Bondage and My Freedom. New York, 1855.
  • 2 Holland F.M. Frederick Douglass The Colored Orator. New York, 1895. P. 363.
  • 3 Цит. по: Washington B.T. Frederick Douglass. London, 1906. P. 128.
  • 4 Ibid. P. 126.
  • 5 Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass, Written by Himself: His Early Life as a Slave, His Escape from Bondage, and His Complete History to the Present Time. N. Y., 1892. P. 264.
  • 6 The Life and Writings of Frederick Douglass: In 5 vols. / Ed. by Ph.S. Foner. New York., 1952. Vol. 2. P. 156.
  • 7 Ibid. P. 480.
  • 8 Ibid. P. 473.
  • 9 Ibid. P. 350.
  • 10 Ibid. P. 353.
  • 11 Ibid. P. 352.
  • 12 Сэндберг К. Линкольн / Пер. с англ. М„ 1961. С. 138.
  • 13 Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass. P. 273.
  • 14 Douglass F The Life and Writings of Frederick Douglass Vol. 1. P. 398-399.
  • 15 Takaki R.T. Violence in the Black Imagination: Essays and Documents. New York, 1972. P. 31.
  • 16 См. : Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass… P. 314-319.
  • 17 Douglass F. The Heroic Slave //Three Classic African American Novels / New York, 1990. P. 23-69.
  • 18 The Life and Writings of Frederick Douglass. Vol. 3. P. 64-65.
  • 19 Ibid. P. 127.
  • 20 Ibid. P. 204.
  • 21 Ibid. P. 288.
  • 22 Ibid. P. 285.
  • 23 Ibid. P. 396.
  • 24 Ibid. P. 162.
  • 25 Ibid. P. 79-80.
  • 26 Цит. по: Miller D.T. Frederick Douglass and the Fight for Freedom. New York, 1988. P. 108.
  • 27 The Life and Writings of Frederick Douglass… Vol. 3. P. 274.
  • 28 Цит. по: Smith E.C. Frederick Douglass’s Influence on the War Strategy of Abraham Lincoln // The St. John’s Review. 1992. Vol. XLI. No .3. P. 60.
  • 29 Douglass F. The Life and Writings of Frederick Douglass. Vol. 3. P. 153.
  • 30 Ibid. P. 317-319.
  • 31 Ibid. P. 340-344.
  • 32 Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass. P. 347.
  • 33 Ibid. P. 349.
  • 34 Huggins N.J. Slave and Citizen: The Life of Frederick Douglass. Boston; Toronto, 1980. P. 93.
  • 35 Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass. P. 358.
  • 36 The Life and Writings of Frederick Douglass. Vol. 3. P. 405-406.
  • 37 Douglass F. Life and Times of Frederick Douglass. P. 366.