«Великие дебаты» в Сенате США и юнионистское движение 1850 г. (Несостоявшийся консенсус Севера и Юга)

«Великие дебаты» в сенате конгрессе США в феврале-марте 1850 г., во время которых были сформулированы идейные основы компромисса 1850 г., явились одним из наиболее ярких, поворотных событий политической предыстории сецессии и гражданской войны. В ходе этих дебатов впервые после филадельфийского конституционного конвента 1787 г. определялось отношение американского союзного государства к распространению рабства и к рабству как таковому.

Для политического развития США всегда было характерно противоречивое сочетание высокой степени конфликтности с одновременной преобладающей значимостью консенсусных начал, принципов в функционировании политических институтов и структур американского общества. Посредством согласительных процедур и политических механизмов конфликтующие стороны находили взаимоприемлемое разрешение своих разногласий, обращаясь к общим ценностям, мировоззренческих установкам и представлениям. Это разрешение всегда воплощалось в определенном политическом компромиссе или нескольких связанных компромиссных соглашениях. Тем самым компромисс являлся средством достижения согласия, нахождения взаимопонимания, и в то же время политически институализировал и закреплял достигнутое согласие и взаимопонимание.

Но компромисс 1850 г. сыграл совершенно противоположную роль в процессе разрешения острого секционального политического кризиса, угрожавшего самим основам существования американского государства. Не став ни средством, ни закреплением достигнутого согласия и взаимопонимания между Югом и Севером, этот компромисс наоборот явился своего рода «яблоком раздора», а его положения «камнями преткновения» в партийно-политической борьбе 50- 60-х гг. XIX в. Страна пошла по пути размежевания, раскола и распада. Не сработали все согласительные процедуры, механизмы и институты, произошло полное возобладание конфликта над консенсусом в политическом развитии США. Раздираемая секциональными противоречиями, страна на десятилетия погрузилась в пучину политической нестабильности, кризисов, кровавого вооруженного противоборства и революционного насилия.

Для того, чтобы понять этот гигантский сбой в функционировании политической системы США, необходимо обратиться к истории выработки и принятия этого компромисса и, прежде всего, к таким событиям как «великие дебаты» в конгрессе США и зарождение в 1850 г. юнионистского движения. Идейные основы компромисса 1850 г. были сформулированы в ходе так называемых «великих дебатов» в Сенате в феврале — марте 1850 года.

«Великие дебаты» начались 5 февраля, когда Генри Клей произнес речь в обоснование его компромиссного плана, и закончились 30 марта, когда все другие предложения и поправки к этому плану были переданы в сенатские комитеты. «Великие дебаты» в сенате конгрессе США февраля — марта 1850 г. явились одним из наиболее ярких, поворотных событий политической предыстории сецессии и гражданской войны. В ходе этих дебатов впервые после филадельфийского конституционного конвента 1787 г. определялось отношение американского союзного государства к распространению рабства и к рабству как таковому. Предложенные «великим примирителем», создателем и лидером вигской партии Генри Клеем компромиссные резолюции должны были, по его замыслу, дать искомое взаимоприемлемое разрешение дилеммы — рабство и Союз.

Выдвижение этих резолюций было юнионистским политическим ответом на угрозу раскола нации и союзного государства, ставшей как никогда прежде реальной на рубеже 1849 и 1850 гг. С конца 1846 г. страна находилась в состоянии острейшего партийно-политического кризиса, порожденного ожесточенной идейной и партийной борьбой по вопросу о статусе рабства на новых территориях, отторгнутых в 1846 — 1848 гг. у Мексики. Выявившееся противоположное отношение большинства северян и южан к перспективе дальнейшего территориального распространения рабства под защитой и при поддержке федерального государства неминуемо вело к расколу нации и государства в случае, если не было бы немедленно найдено решение вопроса о судьбе рабства на новых территориях.

На Севере и Юге США образовывались различные политические группировки, объединения и коалиции анти- и прорабовла- дельческой направленности, получавшие все более и более массовую поддержку. Одновременно подавляющее большинство политиков заявляло о своей приверженности сохранению союзного государства. По всей стране начиная с января 1850 г. прокатилась волна массовых митингов, демонстраций, создания многочисленных комитетов, союзов и обществ патриотическо-юнионистской направленности. Юнионистские памфлеты, открытые письма, декларации, резолюции, призывы, лозунги и другие политические инициативы стали наиболее популярными формами выражения отношения американцев к перспективам сецессии и распада союзного государства.

С февраля — марта 1850 г. юнионистские организации и объединения различной партийной и внепартийной направленности развернули невиданно масштабную, интенсивную, разнообразную по формам и методам пропагандистскую кампанию, которая охватила практически всю территорию страны, все слои американского общества. Всех сторонников юнионистского движения объединяла общая приверженность сохранению единства союзного государства, готовность к компромиссному решению проблемы рабства, стремление к достижению национального согласия, преодолению секциональных противоречий и предубеждений.

Казалось бы, наметилось консенсусное разрешение опаснейшего секционального кризиса, и юнионистское движение выступило деятельной, влиятельной, эффективной политической силой, способной его осуществить. Однако в юнионистском движении изначально наметились линии идейного и политического размежевания, а также различные по политической направленности варианты блокирования коалиционных объединений. В юнионистском движении определились два преобладающих понимания значимости сохранения целостности федерального союзного государства: первое — консервативно-юнионистское и второе — либерально-юнионистское. Консервативно-юнионистское понимание ценности Союза основывалось на конформистско-примиренческом отношении к рабству, а либерально-юнионистское — на демократическо-реформистском, конституционно-антирабовладельческом.

В январе — феврале 1850 г. в стране сложился комплекс обстоятельств, условий, благоприятствовавших большей популярности консервативно-юнионистских настроений. Начавшийся в 1848 — 1849 г. экономический бум во всех отраслях экономики открыл весьма заманчивые перспективы роста материального достатка и процветания. Надежды и ожидания и южан, и северян, вызванные этими перспективами, были плохо совместимы с возможными последствиями секционального раскола страны из-за отношения к рабству.

Состоявшаяся отмена рабства в Орегоне решением поселенцев, утвержденным Конгрессом, проявление политической готовности жителей Калифорнии и Нью-Мексико отменить рабство, подкрепленной активным содействием федерального правительства, в лице самого президента Тейлора, при отсутствии каких-либо признаков продвижения рабства на новые территории сняли остроту восприятия, уменьшили популярность политический мер по противодействию территориальной экспансии рабства. Политический курс вигского президента Тейлора парализовал все пропагандистские, политические усилия фрисойлеров и других антирабовладельческих объединений и группировок в северных штатах остаться самостоятельной консолидированной политической силой в партийно-политической борьбе по вопросам территориальной экспансии и определения статуса рабства на новых территориях.

Фрисойлеры и другие антирабовладельческие объединения оказались под мощным пропагандистским и политическим давлением основных партий, стремившихся ради сохранения единства своих рядов и оттягивания избирательной поддержки у фрисойлерского движения дискредитировать их как безответственных радикалов, создающих своими действиями угрозу единству американской нации и целостности американского национального государства. Партийные лидеры, партийные функционеры северных демократов и вигов в начале 1850 г. объединили свои усилия для оказания идейного и политического противодействия всем попыткам фрисойлеров остаться самостоятельной политической силой в северных штатах.

Результатом этих объединенных усилий стало инициирование партийными политиками юнионистского движения. Целями движения объявлялись идеи сохранения единства нации, восстановления политической стабильности, обеспечения незыблемости конституционно-правовых и политико-институциональных основ американского союзного государства. Обращение к юнионистским идеям должно было стать альтернативой пропаганде секционалистов на Юге и на Севере и одновременно прокомпромиссной политической платформой дня консолидации партийных рядов. Вопрос сохранения национального единства должен был вытеснить из межпартийной борьбы вопрос о рабстве, так как в сложившихся к началу 1850 г. политических условиях он стал наиболее актуальным для огромного большинства северян. Таким образом, внепартийное массовое политическое движение патриотической направленности могло бы стать искомым согласительным политическим механизмом для разрешения секционального кризиса, угрожавшего самому существованию американского союзного государства.

Партийные лидеры вигов и демократов теперь уже окончательно убедились в том, что только скорейшее достижение всеобъемлющего компромисса по вопросу о рабстве позволит спасти партии, страну от раскола и распада, а всякое дальнейшее продолжение межпартийной борьбы по этому вопросу сделает политическую и национальную катастрофу неминуемой1. Проблема сохранения единства национальных партий, союзного государства, по существу, поглотила вопрос о рабстве на территориях, и перед политиками, всеми северянами встала дилемма: либо юнионистский компромисс Юга и Севера, либо распад союзного государства.

Могущественной опорой поднимавшегося в северных штатах юнионистского движения стала деловая элита крупных коммерческих и промышленных центров Северо-Востока, представители которой в январе — феврале 1850 г. были всерьез напуганы грозными предостережениями своих южных компаньонов о самых опасных последствиях продолжения секционального Кризиса, если в ближайшее время секциональные противоречия не будут урегулированы на компромиссной основе2. Деловые круги Севера, особенно в городах Среднего Запада и Средней Атлантики, стали создавать юнионистские общественные объединения партийной или внепартийной направленности для лоббирования всеми способами скорейшего принятия компромисса по территориальной проблеме3.

Юнионистское движение на Юге зародилось как почти исключительно вигская партийная политическая инициатива в поддержку компромиссного плана Клея. Южные виги увидели в нем искомое свое политическое спасение в противостоянии с продемократиче- ским и просецессионистским движением «южного единства». Виги объявили созыв южного конвента сецессионистской затеей демократов и экстремистов4. Вигская прокомпромиссная направленность юнионистского движения в феврале-марте 1850 г. делала его партийно-политической альтернативой движению «южного единства», которая при достаточной поддержке северными юнионистами в демократической и вигской партиях компромиссного плана Клея была бы более действенной, реалистичной и конструктивной политической формой отстаивания интересов южных штатов и особых «южных прав». Это открывало перспективу возможного сотрудничества с более умеренной частью сторонников «южного единства», занимавших условно-юнионистскую позицию.

Южане объединясь в рамках движения «южного единства» в защиту «южных прав», ставили северных политиков перед жестким выбором между признанием рабства национальным институтом и политическим самоопределением южан вне рамок союзного государства, то есть сецессией5. Компромисс, который требовали южане, должен был бы законодательно закрепить принципы необходимости предоставления национальное государством всех необходимых гарантий посредством возложения на себя дополнительные обязательств по отношению к рабовладельческой собственности, чтобы они могли быть уверены в своем равноправном положении.

Начавшиеся 5 февраля 1850 года в сенате США «великие дебаты» явились следствием возобладания прокомпромиссных юнионистских настроений среди партийных политиков, представителей деловой элиты, широких слоев экономически активного населения, которым открылись в связи с начавшимся бумом самые радужные перспективы успеха и процветания. Но в то же самое время «великие дебаты» сенаторов дали огромный идейный, пропагандистский материал для ведения соответствующей обработки общественного мнения в пользу признания необходимости скорейшего заключения общенационального компромиссного соглашения по вопросу о судьбе рабства на территориях. Таковым с 6 февраля 1850 года признавалось соглашение, предложенное в резолюциях Генри Клея. Генри Клей сознательно стремился выдвинуть компромиссный план, который обеспечивал бы общенациональное примирение6. Восемь резолюций Клея были попыткой, по словам самого Клея, предложить «программу мер по достижению национального согласия по проблеме рабства»7.

Северу Клей предложил вхождение Калифорнии с запретом рабства в ее неизменных границах, отмену работорговли в федеральном округе Колумбия, уменьшение признаваемых территориальных претензий рабовладельческого штата Техас, отсутствие всякого упоминания о миссурийском компромиссе в применении к новым территориям, признание действительности мексиканских законов об отмене рабства на территории Нью-Мексико.

Югу Клей предложил отказ Конгресса от определения правового статуса рабства на территориях, запрет территориальным легислатурам решать вопрос о рабстве, отказ Конгресса от запрета межштатной работорговли, подтверждение согласия на образование новых штатов на территории штата Техас, принятие нового закона о поимке и возвращении беглых рабов, усиливавшего ответственность федеральных должностных лиц, органов власти штатов, граждан за несодействие или, тем более, противодействие возвращению беглых рабов их хозяевам, вводящего новую федеральную должность для обеспечения осуществления разбирательства и исполнения судебного решения.

Для последующей судьбы компромисса была важна поддержка, которую Клей сразу получил от председателя сенатского комитета по территориям Стивена Дугласа, а позднее — от Дэниела Уэбстера, Льюиса Кэсса, спикера палаты представителей Хауэлла Кобба, от Александра Стефенса и Роберта Тумбса, лидеров южных штатов в Палате представителей, южных сенаторов-вигов Джона Белли (Теннесси), Уилли Мангума, Джорджа Е. Баджера (оба — Северная Каролина), Джона М. Берриена (Джорджия) и со стороны сенаторов-демократов южных штатов Генри С. Фута и Сэма Хьюстона8.

Наметились контуры прокомпромиссной коалиции: основными элементами становились конгрессмены-демократы от северо-западных штатов и конгрессмены-виги от южных штатов. Коалиция могла расшириться прежде всего за счет демократов из штатов «глубокого» Юга и части вигов северо-восточных штатов.

В процессе ожесточенной идейной полемике произошло окончательное размежевание юнионистов на три политические течения: консервативное, условно-юнионистское и либерально-юионистское. Условно-юнионистское направление определилось как сугубо южный идейный вариант юнионистской идеологии. Либеральный юнионизм стал просеверным и антирабовладельческим пониманием юнионизма. Консервативный юнионизм был центристским вариантом интерпретаций юнионистских идей на основе синтеза двух идейно-политических традиций: демократическо-республиканской и вигско-федералистской.

Идеи консервативного юнионизма в наиболее полном виде были высказаны в речах Генри Клея, Дэниела Уэбстера и Стивена Дугласа9. Всех троих объединяло то обстоятельство, что они были партийными и государственными деятелями с общенациональной известностью, со сложившейся политической репутацией. Все трое были искусными политическими ораторами, способными ярко, убедительно, доходчиво выражать и обосновывать политические идеи и представления своего времени.

Вполне логично, что именно «великий примиритель» Генри Клей выступил инициатором разработки нового компромисса между Югом и Севером, как это он уже делал в периоды миссурийского кризиса 1819 — 1820 гг. и нуллификационного кризиса 1832 — 1833 гг. Дэниел Уэбстер со времени нуллификационного кризиса зарекомендовал себя ведущим идеологом и оратором юнионизма. Занимавший с 1845 г. пост председателя сенатского комитета по территориям, Стивен Дуглас показал себя как инициативный, деятельный организатор всех попыток реализации различных планов разрешения территориальной проблемы, начиная с 1846 г.

Сохранение единства Союза для этих политиков и партийных лидеров было, без сомнения, важнейшим приоритетом их идейных воззрений и политической деятельности. Они были убеждены в том, что не могло быть оправданий или законных оснований для сецессии. Распад союзного государства привел бы к жестокому всеобщему кровопролитию, явился бы национальной катастрофой, крушением демократических идеалов, всех надежд на великую и процветающую будущность американской нации. Поэтому они полагали своим священным долгом предпринять все возможное и невозможное для предотвращения такого опасного развития событий, которое, как они были уверены, станет неизбежным, если не удастся найти немедленное решение проблемы рабства.

Клей и Уэбстер в своих речах говорили о принципиальном решении проблемы рабства во всех ее аспектах, Дуглас первостепенное внимание уделил вопросам о территориальном распространении рабства и определении правового статуса рабства на территориях. Оба лидера вигов стремились достичь национального согласия по отношению к рабству 10. Дугласу же важнейшим представлялось разрешение наиболее опасных аспектов территориальной проблемы, убирая тем самым препятствия на пути территориальной экспансии и скорейшего освоения новых земель. Запад, открывавший грандиозные перспективы экономического, культурного и политического роста для всей страны, должен был, по его убеждению, взять на себя инициативу национального примирения Юга и Севера11.

Сохранение рабства и возможностей для его развития все они полагали вполне совместимым и даже в определенной степени необходимым для реализации этих великих перспектив. Изживание рабства они видели неизбежным, но длительным реформистским, эволюционным процессом. Соглашаясь с превращением рабства в национальный институт, они уверяли, что это позволит соединить усилия всех американцев по поиску средств, методов, форм, путей разрешения проблемы рабства в его экономических и социально- культурных аспектах. Разрешая проблему рабства в ее политических аспектах, они надеялись включить рабовладельческий Юг в единый поток социально-экономического, социально-культурного и политического развития, общая направленность которого предполагает постепенное, но неизбежное изживание рабства. Для сохранения мира, согласия, демократии и свободы для белых необходимо упрочения основ и гарантий сохранения рабства для черных — таков был консервативный политический ответ юнионистов Севера на политические угрозы секционального кризиса конца 40-х — начала 50-х гг. XIX в.

Юнионизм большинства южан находился в прямой зависимости от обеспечения безопасности и условий для сохранения и развития рабовладения. Этот, условный, юнионизм в наиболее полном виде был обоснован в речах сенаторов Джона К. Кэлхуна, Джефферсона Дэвиса (Миссисипи) и Джона М. Берриена (Джорджия). Основополагающими идеями условного юнионизма были: договорная федеральная государственность, политико-правовое «опекунство» федерального государства над рабством, особые «южные права».

Сохранение союзного государства у условных юнионистов было подчинено сохранению рабовладения как цивилизованного основания всех экономических, социальных и политических институтов Юга. Они были заинтересованы в сохранении единства, целостности федерального государства только в том его виде, на тех условиях, которые обеспечили бы защиту «южных прав». Идея особых «южных прав» концептуально обосновывала претензии южан на особое отношение федерального государства к интересам рабовладельцев южных штатов, поскольку эти «южные права» происходили из факта наличия в них института рабовладельческой собственности.

Концепция «южных прав» в соединении с конституционно- плановыми доктринами «суверенитета штатов», «узкого» толкования конституции, «баланса сдержек и противовесов» между ветвями государственной власти составили идейно-теоретическое обоснование предложений по политическому реформированию американской государственности в интересах обеспечения стабильного доминирующего положения рабовладельческой олигархии в правящей верхушке американского государства посредством сохранения автономного политико-правового статуса рабовладельческого Юга в составе федерального союзного государства. Южане пытались соединить растущую власть централизованного национального государства с политико-правовыми возможностями контроля над ней со стороны политически автономного рабовладельческого Юга.

Сочетание элементов централизации и децентрализации в организации и функционировании федерального государства должно быть осуществлено таким образом, чтобы усиление ответственности федерального государства за сохранение и распространение рабовладения не привело бы к утере исключительного контроля южан над процессами политико-правового регулирования рабовладельческих отношений. Доктрина «прав штатов» в такой интерпретации, как очень точно отметил американский историк Артур Бестор, приобретала агрессивно-наступательный характер, придавая правовой защите рабовладения экстраюрисдикциональную направленность12. Федеральное государство должно было обеспечивать «опекунскую» защиту «южных прав» на всей территории страны, ни в коей мере не претендуя на усиление своих властных полномочий по отношению к рабству.

Кэлхун в своей речи сделал акценты на политическое равновесие представительства интересов Юга и Севера в органах федерального государства и проведение глубоких конституционных реформ, которые и могли бы стать настоящим компромиссом13. Дэвис главное внимание уделил угрозам «южным правам» и доказательствам необходимости большого объема уступок со стороны северян, чтобы вернуть доверие южан и сохранить Союз14. Берриен подчеркивал политическую и правовую оправданность, обоснованность, жизненную значимость использования южанами самых различных, в том числе и радикальных, средств, методов и способов защиты своих особых интересов вплоть до сецессии15.

Лидер нью-йоркских вигов, сенатор, советник президента Тейлора Уильям Сьюард и лидер фрисойлерской партии и демократов штата Огайо, сенатор Салмон П. Чейз сформулировали в своих речах либерально-юнионистскую позицию. Либеральный юнионизм был соединением идей американского националистического мессианства, радикального демократизма и социального реформаторства. Сьюард и Чейз отвергали компромиссный план Клея.

Сьюард осуждал всякие компромиссы национального государства с рабством именем бога, прогресса и будущих поколений. Запрещение рабства на территориях и в других местах, где существует исключительная юрисдикция национального государства, Сьюард объявляет христианским долгом, обязанностью национального государства перед собственным народом, цивилизованными народами, государствами и будущими поколениями16. Национальное государство должно порвать всякую связь с рабством и никоим образом не должно содействовать сохранению и распространению рабства. Более того, Сьюард оставляет за национальным государством право предпринять все законные меры по его искоренению. Сецессии, как революции во имя сохранения рабства, северяне, по словам Сьюарда, противопоставят демократическую революцию во имя его уничтожения 17.

Чейз больше внимания уделил обоснованию неконституционности любых мер федерального государства по содействию рабству, так как это будет протекционистское покровительство в интересах сохранения антидемократического, антигуманного социального института, обрекающего страну на политическую, экономическую, социально-культурную стагнацию и последующую деградацию 18. Чейз отверг всякие претензии южан на защиту своих особых «южных прав», основываясь на доктрине «суверенитета штатов». Используя конституционно-правовые аргументы, он обосновывает недопустимость любой поддержки рабства со стороны федерального государства. Предлагаемый новый закон о поимке и возвращении беглых рабов, Чейз охарактеризовал с правовой точки как неконституционную узурпацию власти федерального государства в интересах рабовладельцев. Запрет рабства на территориях он считал оправданным в конституционно-правовом отношении, неизбежным в политическом смысле, поскольку большинство американской нации требует не допустить распространения рабства19.

Либеральный юнионизм, обозначив перспективу радикализации политических настроений северян, если секциональный кризис не будет преодолен, и неизбежность распада союзного государства из- за сецессии отчаявшихся южан, содействовал активизации проком- промиссных усилий и тех, и других. Идейной основой компромисса мог стать только консервативный юнионизм. Призыв Клея к умеренности, взаимным уступкам, трезвому расчету во имя сохранения единого демократического государства, обеспечивающего американским гражданам сохранение прав и свобод, прогресс и процветание пля всего американского народа, обращен был к объединявшим всех американцев принципам и ценностям20.

Условные юнионисты могли находить общий язык с консерва- швными юнионистами демократическо-республиканской традиции, ,1 консервативные юнионисты национально-республиканской федералистской традиции могли достигнуть взаимопонимания со всеми |ругими юнионистскими течениями. Поэтому именно они в лице Клея и Уэбстера стали связующим звеном общенациональной юнионистской прокомпромиссной коалиции.

Однако уже в марте стало ясно, что и на Севере, и на Юге это течение остается политическим меньшинством. Более того, вигские консервативно-национальные юнионисты раскололись на сторонников и противников президентского плана решения территориальной проблемы. Пропрезидентское крыло этого направления пошло на сотрудничество с либеральными юнионистами, а в партийных организациях вигской партии в северных штатах большинство стало поддерживать либерально-юнионистские идеи. Поэтому консервативно- национальные юнионисты оказались в зависимости от политического сотрудничества с демократами условно-юнионистской направленности на Юге и демократами демократическо-республиканской юнионистской традиции или консервативно-федеративными юнионистами — на Севере.

Консервативно-федеративные юнионисты, возглавляемые такими партийными лидерами демократов как Л. Кэсс (Мичиган), С. Дуглас (Иллинойс), Дж. Бьюканен (Пенсильвания), С. Хьюстон (Техас), У. Марси (Нью-Йорк), X. Кобб (Джорджия), смогли расколоть либеральных юнионистов в демократических партийных организациях Севера и привлечь огромное большинство условно-юнионистских демократов к сотрудничеству в рамках прокомпромиссной юнионистской коалиции. В итоге именно демократическая партия стала весной-летом консолидироваться на прокомпромиссных, консервативно-юнионистских позициях.

Вигская партия раскололась на либерально-юнионистское большинство и консервативно-национальное меньшинство. Раскол вигов был усилен размежеванием среди самих консервативно- национальных юнионистов на сторонников и противников политики президента Тейлора. В то же самое время не менее очевидной стала решающая значимость содействия условно-юнионистским большинством южного крыла демократической партии достижению общенационального межпартийного соглашения о принятии и утверждении компромиссного плана Клея.

Весной — летом 1850 г. юнионистское движение на Севере и на Юге претерпело эволюцию в расходящихся направлениях. В северных штатах главной опорой юнионистского движения стала демократическая партия, особенно ее организации на Северо-западе и в Средней Атлантике, вокруг которой образовалась консервативно- юнионистская коалиция политических сил, и ей противостояла либерально-юнионистская политическая коалиция с опорой на организации вигской партии в штатах Северо-запада и Средней Атлантики. На Юге произошло объединение в рамках движения «южного единства» консервативных юнионистов и условных юнионистов, что привело к прокомпромиссной юнионистской переориентации этого движения, но при этом основным опорным элементом южной прокомпромиссной коалиции стали условные юнионисты, к которым примыкала большая часть условных сецессионистов или кооперационистов-сецессионистов21. Объединяясь с северными демократами, частью северных вигов условные юнионисты, в итоге, заняли контролирующее положение в общенациональной прокомпромиссной коалиции.

Тем самым, юнионистское движение оказывало весьма неоднозначное, противоречивое воздействие на эволюцию партийно-политической системы США. Сплотив на консервативно- юнионистской идейной платформе общенациональную прокомпромиссную коалицию под эгидой демократической партии, юнионистское движение вызвало раскол политических партий в северных штатах. Здесь вопрос о признании компромисса Клея стал предметом острого и ожесточенного межпартийного и внутрипартийного противоборства. В ходе этого партийно-политического соперничества размежевание вигской партии дошло до такой степени, что Уэбстер и Филлмор, ведущие лидеры северных вигов, не видели для своей партии никакой другой перспективы, кроме ее полной реорганизации в новую прокомпромиссную, истинно юнионистскую партию22. Но уже таковой лидеры демократов считали свою партию, хотя им пришлось ради сохранения партийного единства смирится с формированием внутрипартийной либерально-юнионистской оппозиции, признавшей конкретный компромисс о рабстве, но не само распространение рабства в принципе.

В южных штатах юнионистское движение оказалось в полной зависимости от поддержки условных юнионистов в демократической и вигской партиях. Условный юнионизм большинства южан, обеспечив возобладание прокомпромиссной коалиции на Юге, придавал ему проюжную политическую интерпретацию в массовом политическом сознании.

В итоге, юнионистское движение, зародившееся как общенациональное, внепартийное политическое объединение сторонников нахождения компромиссного варианта преодоления секционального кризиса на основе выработки консолидирующего консенсуса по вопросу о рабстве, раскололо американское общество, разобщило политиков, содействовало секциональной консолидации фракционных группировок в общенациональных партиях. Само юнионистское движение сразу же распалось на политические коалиции различной секциональной направленности, между которыми развернулось острие соперничество. На Севере и Юге США в рамках юнионистского движения сформировались два противоположных варианта консенсусного решения дилеммы: рабство и Союз. Каждый из этих вариантов рассматривался и пропагандировался в качестве единственно возможной альтернативы расколу страны. Но такое выявление двух противоположных по политической и секциональной направленности вариантов общенационального соглашения по вопросу о рабстве оставляло только одну возможную перспективу политического развития страны — секциональный раскол и его насильственное преодоление.

Примечания

  • 1 Brock W.R. Parties and Political conscience: American Dilemmas 1840 — 1850. Millwood (New York), 1979. P. 287-288; Nevins A.O. Ordeal of the Union. Fruits of Manifest Destiny 1848-1852. Vol. I. New York, 1947. P. 321-322; Benton T. H. Thirty years view or a history of the working of the American government for thirty years from 1820 to 1850. Vol. 2. New York, 1856. P. 740-747; Fillmore M. Papers. New York, 1970 (1st ed. 1907). Vol.2. P. 293; Webster D. The letters. Ed. by С. H. Van Tyne. New York, 1902. P. 390; Bartlett I. H. Daniel Webster. New York, 1978. P. 245-246; Brown Th. Politics and statesmanship on the American Whig. New York, 1985. P. 79-80, 138-139; Cole A.Ch. The Whig party in the South. Gloucester (Mass.), 1962(1st ed. 1912). P. 164-166; Current R.N. Daniel Webster and the rise of national conservatism. Boston — Toronto, 1955. P. 162, 166-167; Fuess C.M. Daniel Webster. Vol.2. Boston, 1930. I’ 218-220, 221-222; Kirwan A.D. John J. Crittenden. The Struggle for the Union. Lexington (Kent.), 1962. P. 221-223; Murray P. The Whig party in the Georgia 1825 — 1853. Chapel 1 Hill (N. C.), 1948. P. 147-148; Parks J.H. John Bell of Tennessee. Baton Rouge (La.), 1950. P. 240-241; Phillips U.S. Georgia and State Rights — Annual Report of American Historical Association for the year 1901. Vol. 2. Washington, 1902. P. 148-151; Rayhack R. Millard Fillmore. Biography of a President. Buffalo (New York), 1959. P. 221-224; Schurz C. Life of Henry Clay. Boston and New York, 1915 (1st ed. 1887). P. 324-325; Silbey J.H. The shrine of Party: Congressional voting behavior 1841-1852. Pittsburg (Penn.), 1967. P. 106-107; Silbey J.H. Partisan Imperative: The Dynamics of American politics before the Civil War. New York, 1985. P. 120-121; Smith E.B. Magnificent Missourian. Philadelphia, 1958. P. 264-266; Spencer I.D. The victor and the spoils. A life of William L. Marcy. Providence (R. I.), 1959. P. 185-187; McLaughlin A.C. Lewis Cass. Boston, 1899. PP. 268-269, 271-272; Thornton JM. Politics and power in a slave society. Alabama 1800-1860. Baton Rouge (La ), 1978. P. 210-218; Wagstaff H.M. State rights and political parties in North Carolina 1776-1861. Baltimore (Md.), 1906. P. 78-79; Woodford F.B. Lewis Cass. The last Jeffersonian. Madison (Wise.), 1950. P. 182-183.
  • 2 Webster D. The letters… P. 413-414; Current R.N. Daniel Webster… P. 162; Rayhack R. Op. cit. P. 225; Smith J.H. The presidencies of Zachary Taylor & Millard Fillmore. Lawrence (Kan.), 1988. P. 165.
  • 3 Curtis G.T. Life of James Buchanan Fifteenth president of the United States. Freeport (New York), 1969 (1st ed. 1883). Vol.1. P. 534-536, 538; Duberman M. Charles Francis Adams 1807-1886. Stanford (Cal.), 1961 (1st ed. 1946). P. 178-180; Fehrenbache D.E. Chicago giant. A biography of «Long John» Wen- tworth. Madison (Wise.), 1957. P. 108-110; Foner Ph.S. Business and slavery: The New York merchants and the irrepressible conflict. New York, 1968 (lst ed. 1941). P. 26-27; Hamilton H. Prologue to conflict. The crisis and compromise of 1850. Lexington (Kt.), 1964. P. 180-181; Nevins A.O. Op. cit. P. 288-290; Potter D.M. The impending crisis 1848-1861. New York, 1976. P. 109-110; Rayback R. Op. cit. P. 226-227.
  • 4 Cooper W.J. The South and the politics of slavery 1828 — 1856. Baton Rouge (Loui.), 1978. P. 296,299; Ford L.K. Origins of Southern radicalism. The South Carolina Upcountry 1800 — 1860. New York, 1988. P. 198-199.
  • 5 Ford L.K. Op. cit. P. 194, 196-197, 197-198; Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. P. 97-98, 175, 300, 469; Craven A.O. The growth of Southern nationalism 1848 — 1861. Baton Rouge (La.), 1957. P. 52,59-62; Correspondence of John C. Calhoun, 1829-1850. Annual Report of American historical association for the year 1899. Vol. 2. Washington, 1900. P. 1192-1197, 1212-1213; Correspondence addressed to John C. Calhoun 1837-1849 — Annual Report of American Historical Association for the year 1929. Washington, 1930. P. 242- 244,245-248,249-251,406-407,517-518,521-522; Correspondence of Robert Toombs, Alexander H. Stephens and Howell Cobb — Annual Report of the American Historical Association for the year 1911. Vol. 2. Washington, 1913. P. 170- 171; Hodgson J. The cradle of the Confederacy or, the Times of Troup, Quitman and Yancey. A sketch of Southwestern political history from the formation of the Federal government to A. D. 1861. Spartanburg (S.C.), 1975 (1st ed. 1876). PP. 270-272,289-290,290-292; Jenkins W.C. Proslavery thought. Chapel Hill (N.C.), 1935. PP. 64-71, 169-171; May R.E. John Quitman: Old South Crusader. Baton Rouge (La.), 1985. P. 228-235; McCardell J. The Idea of Southern Nationalism, 1830-1860. New York, 1979. P. 64-66,234-235; Wiltse Ch. M. John С. Calhoun. Sectionalist. New York, 1969. Vol.3. P. 190- 191,457,475-477; Carpenter J. T. The South as a conscious minority 1789 — 1861. New York, 1930. P. 164-171, 174-183.
  • 6 Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. Appendix. P. 125-127.
  • 7 Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. P. 244,247; Peterson M.D. The great triumvirate. Webster, Clay and Calhoun. New York, 1987. P. 468; Rayhack R. Op. cit. P. 221; Schurz C. Op. cit. P. 328.
  • 8 Hamilton H. Prologue… P. 66; Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. P. 244, 246, 247, 365-367; Webster D. The letters… P. 390; Bartlett l.H. Daniel Webster… P. 238; Dalzwell R.F. Daniel Webster and the trial of American nationalism 1843-1852. Boston, 1973. P. 198-199; Johansen R.W. Stephen A. Douglas. New York, 1973. P. 268, 269; McLaughlin A.C. Lewis Cass…P. 269-270; Poage Y.R. Henry Clay and the Whig Party. Chapell Hill (N. C.), 1936. P. 199; Payback R. Op. cit. P. 220; Schurz С. Op. cit. P. 334-335; Van Deusen C,.G. Henry Clay. New York, 1963. P. 395-396.
  • 9 Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. Appendix. P. 115-127,269- 276, 364-375.
  • 10 Ibid. P. 115-116, 126, 269, 275-276.
  • 11 Ibid. P. 374-375.
  • 12 Bestor A. State sovereignty and slavery: A Reinterpretation of proslavery Constitutional Doctrine, 1846 — 1860. — In American Past. Conflicting interpretations of the great issues. Ed. by Sidney Fine and Gerald Brown. Toronto, 1965. Volume I. P. 583.
  • 13 Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. P. 451 -456.
  • 14 Congressional Globe. 31th Congr., 1st Sess. Appendix. P. 149-157.
  • 15 Ibid. P. 202-211.
  • 16 Ibid. P. 265.
  • 17 Ibid. P. 268.
  • 18 Ibid. P. 477-478.
  • 19 Ibid. PP. 468-471,478.
  • 20 Ibid. PP. 115-116, 126-127.
  • 21 Jennings Th. The Nashville convention: Southern movement for unity 1848 — 1851. Memphis (Tenn.), 1980. P. 143-144.
  • 22 Millard Fillmore Papers. Vol II. New York, 1970. [ 1st ed. 1907]. P. 294- 296,312-313; Webster D. Works. Vol. VI. Boston, 1877. P. 546-548, 550-551; The letters… P. 412-413,416.