Скваттерские организации 40—50-х годов XIX века, их социальная сущность и историческое значение

В 1841 году в США был принят закон, фактически легализовавший скваттерство (самозахват) на землях государственного фонда, предоставивший пионеру признанную привилегию перед всеми другими покупателями. В 40—50-х гг. количество скваттеров значительно возросло. Но завоевание права преимущественной покупки не давало им полной уверенности в сохранении ферм. Чтобы защитить свои земельные права на заселенные явочным порядком участки от посягательств земельных спекулянтов, поселенцы объединялись в скваттерские организации, выражавшие стремление народных масс к закреплению государственных земель за теми, кто трудится.

Коренные сдвиги, происшедшие в 40—50-х гг. XIX в в социально-экономической жизни США, вызвали резкое обострение борьбы за земли Запада. Усиление организованности поселенцев в борьбе против попыток спекулянтов и других капиталистов монополизировать земли государственного фонда нашло выражение, в частности, в создании множества скваттерских организаций. Факты, свидетельствующие о широком распространении «скваттерских клубов» во всех штатах и территориях Запада, приводятся в работах известных исследователей истории государственного фонда П. Гейтса1, Б. Хиббарда2, Р. Роббинса3, Т. Кларка4, Д. Стефенсона5. На основе исследования уставов и других документов «скваттерских ассоциаций» Б. Шэмбау, К. Ритчи, А. Багью опубликовали работы, в которых осветили деятельность этих организаций и выдвинули определенные концепции о социальной сущности и историческом значении их6.

Эти концепции извращают историческую действительность. Важность этого вопроса и то, что в советской историографии он до сих пор не разрабатывался, побудили нас написать предлагаемую статью.

Под воздействием промышленного переворота, вступившего в 40—50-х гг. в решающую стадию, в сельском хозяйстве США произошли глубокие перемены. Потребности быстро разраставшихся городов Северо-Востока7 в молоке, овощах, фруктах могли быть удовлетворены только при вовлечении в производство многочисленных хозяйств, расположенных на расстоянии многих миль от городов. Местные фермы не удовлетворяли спрос Северо-Востока на зерно, муку, мясо. К тому же, события в Европе (отмена хлебных законов в Англии, голод в Ирландии, индустриализация Франции и Германии) вызвали быстрое расширение зарубежного рынка для американских продовольственных товаров8. Потребности экспорта стимулировали широкое развитие производства зерна и мяса в долинах верховьев Миссисипи и ее притоков.

В этот период происходит значительный рост иммиграции в Америку. Согласно официальным данным, общее количество иммигрантов в США составило в 1846—1860 гг. 4 млн. чел.9 В результате этого в американскую промышленность и сельское хозяйство влились сотни тысяч рабочих, ремесленников и фермеров.

Промышленный переворот на Северо-Востоке, изменения в сельском хозяйстве старых штатов, мощный поток иммигрантов из Европы и рост внутренней и внешней торговли оказали огромное воздействие на развитие Запада. Поток переселенцев за Аппалачи, на Запад быстро возрастал. С завершением строительства Центральной Иллинойской и других железных дорог, проложенных через прерию, население Иллинойса, Индианы, Миссури, Айовы увеличилось более чем на 2,2 миллиона человек10. Население северо-центральных штатов, составлявшее в 1840 г. 3,3 млн. чел., увеличилось к 1850 г. до 5,4 млн. и к 1860 г. до 9,1 млн. чел., составив 29% всего населения страны11. Быстро вводились в обработку миллионы акров; возникали десятки тысяч новых фермерских хозяйств. С 1850 г. по 1860 г. количество ферм в штатах Северо-Запада увеличилось с 445 до 807 тысяч12.

Завоевание права преимущественной покупки участков было важной победой трудящихся в борьбе за демократизацию доступа к государственным землям. Но этим не была решена сложная проблема использования государственного фонда. Тем более, что закон 1841 г. обусловил ряд ограничений, намного уменьшавших его значение для пионеров. Право преимущественной покупки предоставлялось только на размежеванных землях и не распространялось на иммигрантов, еще не подавших заявления о натурализации; это лишало многих поселенцев возможности воспользоваться им. После межевания земли обычно быстро представлялись к продаже на аукционах. Большинство пионеров не могло за короткий срок накопить необходимую для покупки сумму и их участки часто продавались другим лицам. Тысячи скваттеров теряли фермы и после принятия закона о предоставлении пионерам всеобщего и постоянного права преимущественной покупки участка; в первые годы жизни на новых местах они не могли произвести излишек продукции и накопить даже при льготных условиях сумму, необходимую для закрепления собственности на участки.

Историческое значение закона 1841 г. состояло главным образом в том, что он легализовал скваттерство на землях государственного фонда, предоставив пионеру признанную законом привилегию перед всеми другими покупателями. В 40—50-х гг. количество скваттеров значительно возросло. Но завоевание права преимущественной покупки не давало им полной уверенности в сохранении ферм. К 40-м годам размежеванные земли в основном уже были заселены и большая часть пионеров направлялась в более далекие области Запада, где межевание еще не было проведено. Вплоть до 1854 г. (когда закон 1841 г. был модифицирован) над большинством скваттеров нависала угроза потери обработанных ими участков, перехода их во владение любого покупателя, предложившего на аукционе наивысшую цену. Опасность потери фермы угрожала и многим пионерам, поселившимся на размежеванных землях, но не имевшим возможности до аукциона уплатить сумму, требовавшуюся законом для вступления во владение. Спекулянт имел возможность присвоить результаты их труда, купив эти участки на аукционе. Как и раньше, поселенцы должны были бороться против посягательств спекулянтов, защищать свое право на землю.

Количество скваттерских организаций в 40—50-х годах умножилось, а деятельность их активизировалась. «Земельные клубы» возникли в новых штатах всюду и заняли прочное положение в их жизни. В Миннесоте, по данным Ритчи, в конце 40—начале 50-х гг. «существовало безусловно 9 «ассоциаций», а возможно их было и больше»13. Много скваттерских организаций возникло в Канзасе и Калифорнии14. Наиболее распространены они были в Айове, которая в основном заселялась в 40—50-х гг. История скваттерских организаций Айовы привлекла наибольшее внимание американских исследователей. Об их количестве существуют различные мнения. По утверждению Шэмбау, почти каждая община ранней Айовы имела «ассоциацию по заявкам» и в 50-х годах их там было более 10015. Багью оспаривает эту цифру, считая, что в Айове имелось только 26 «ассоциаций». (Он признает действительно существовавшими только те ассоциации, деятельность которых описана в историях графств и прессе 40—50-х гг.16). При этих расхождениях американских историков17 они, однако, единодушно признают широкую распространенность «земельных клубов».

Исследователи истории скваттерских организаций Айовы Мэси и Шэмбау опубликовали несколько их уставов, а в историях графств Айовы изложены, а иногда приводятся и полностью уставы 19 «ассоциаций». В них определялось — какие действия будет предпринимать «ассоциация» для предотвращения посягательств на участки ее членов и другие функции этих организаций. Во многих — оговаривалась максимальная площадь, на которую члены «ассоциации» могли подавать заявки. Как правило, этот максимум намного превосходил площадь, необходимую для создания средней фермы18.

Чем было вызвано массовое возникновение скваттерских организаций на Западе? На этот вопрос американские историки дают различные ответы. Большинство исследователей (Стефенсон, Хиббард, Роббинс, Шэмбау и др.) считает причинами образования их недовольство пионеров аграрной политикой и стремление дать отпор посягательствам спекулянтов. «Ассоциации», как заявляют эти авторы, были «проявлением духа народного суверенитета»19. Другой точки зрения придерживаются Ритчи и Багью, отодвигающие на задний план и вообще игнорирующие демократическую сущность скваттерских организаций, их главную цель — защиту участков, занятых явочным порядком (вопреки законодательству о государственных землях). В их трактовке основными причинами создания скваттерских организаций являлись стремление пионеров к стабилизации и урегулированию прав собственности»20 и необходимость «смягчения напряженности, возникавшей на границе в связи с заселением ее выходцами из различных секций»21.

Факты говорят о несостоятельности версии Ритчи и Багью; они свидетельствуют, что «земельные клубы» были вызваны к жизни угрозой перекупки участков на аукционах, стремлением пионеров противопоставить политике правительства, пренебрегавшей их интересами, объединение сил и взаимную помощь в борьбе за сохранение своих ферм22. Когда власти Калифорнии развернули в 1852 г. продажу квитанций на государственные земли, выделенные штату для строительства дорог, и спекулянты, скупив эти квитанции, начали присваивать участки скваттеров, в ряде районов были созданы «ассоциации» и «комитеты бдительности»23. Член «земельного клуба» прерии Уобаш Э. Илай в своих воспоминаниях рассказывает, что эта организация была создана в мае 1852 г. поселенцами, крайне встревоженными прибытием в этот район большого количества «посторонних», намеренных купить их участки на аукционах24. Излагая историю создания одной из самых сильных «ассоциаций» (в графстве Джонсон), Шэмбау отмечает, что, поскольку в этом графстве была расположена штаб-квартира Айовы, туда направились орды спекулянтов, которые «несомненно лишили бы многих поселенцев их участков, не будь мощной руки ассоциации»25. В преамбулах большинства уставов подчеркивалось, что целью «клубов» являлась защита заявок пионеров от спекулянтов. Резолюция «Ассоциации по заявкам» графства Джонсон гласила: «… с целью защиты наших прав против спекулянтов, мы даем торжественное обещание поддерживать друг друга и оставаться на месте до тех пор, пока аукцион кончится …с тем, чтобы каждому поселенцу был обеспечен участок…, на который ему справедливо дано право законами этой ассоциации»26. «Клуб по заявкам» форта Джодж 22 июля 1854 г. постановил, что «ни одна заявка не будет признана действительной, если претендент не является действительным поселенцем»27. Пионер мог быть уверен, что его сотоварищи по «ассоциации» придут на помощь, если кто-либо попытается купить его участок на аукционе.

Скваттерские организации вписали яркую страницу в историю освоения государственных земель, сыграли в ней большую роль28. Их деятельность способствовала созданию многими пионерами ферм без немедленных затрат на покупку участков. Упорная многолетняя борьба скваттеров и их организаций против капиталистов, стремившихся монополизировать государственный фонд, против консервативной политики правительства — была одним из важнейших факторов, обеспечивших демократизацию системы использования государственных земель. Часть американских историков пытается использовать это для фальсификации картины освоения Запада. Они стремятся подкрепить апологетический миф об «исключительности» США, изображая скваттерские ассоциации организациями признанными и чуть ли не поддерживавшимися правительством. Игнорируя острую борьбу, которую вынуждены были вести поселенцы за установление демократических принципов использования земель, эти авторы пытаются создать представление будто бы правительство США следовало рекомендациям скваттерских организаций в аграрной политике29.

С другой стороны, Багью и Ритчи преуменьшают историческую роль скваттерских организаций, утверждая, что они были только кратковременными объединениями, быстро распадавшимися вследствие «обычной для поселенцев, за исключением периодов непосредственной угрозы, пассивности и безразличия к программам совместных действий»30. Скваттерские организации, как заявляют эти авторы, «оставили незначительный отпечаток на установившейся жизни»31. Багью и Ритчи выпячивают на первый план факты проникновения спекулянтов в скваттерские организации и создания «лжескваттерских клубов». Инициаторы скваттерских ассоциаций имели, по их утверждениям, спекулятивные побуждения, стремились использовать положение первых пришельцев, чтобы извлечь прибыль от земельной спекуляции и часто «были орудием людей, которые намерены были нажить капитал.., извлекая фиктивные цены из ловкого использования грубой силы и целинных земель». Они якобы были организованы «большей частью не поселенцами, а спекулянтами» и были во многих случаях использованы против тех самых поселенцев, которых обычно «называют их созидателями и деятелями»32.

Чем же в действительности были скваттерские организации: объединениями для борьбы против спекулянтов и защиты прав скваттеров или организациями, созданными с целью облегчения земельных спекуляций?

В прессе 40—50-х годов и историях графств западных штатов приведены многочисленные факты, свидетельствующие, что ассоциации организовывали отпор спекулянтам, противодействовали их попыткам скупать участки и тем способствовали защите ферм пионеров от посягательств. В начале июля 1854 г., когда было объявлено о продаже земель Военного резерва, члены «ассоциации» этого района развернули энергичную подготовку к аукциону, назначенному на 11 сентября 1854 г. в Стилльуотере. К ним на помощь пришли другие «клубы» Миннесоты. Газеты сообщали, что 10 сентября (накануне аукциона) 280 членов «ассоциации» графства Хиннепин прошли через Сент-Поль в Стилльуотер, куда к утру 11 сентября собрались до 400 членов различных «ассоциаций». На аукцион прибыли и спекулянты, но они не могли купить ни одного участка из продававшихся 4,5 тыс. акров. Все скваттеры купили свои участки по федеральной минимальной цене33. Как сообщает автор «Истории Миннесоты», на аукционе в 1847 г., на котором продавались земли между реками Миссисипи и Сент-Круа, дом, где происходили торги, был заполнен скваттерами, «приготовившими дубинки, чтобы сбивать с ног спекулянтов, которые приблизятся к аукционеру на дистанцию, с которой смогут быть услышаны»34. История других новых штатов также свидетельствует об антиспекулятивной направленности скваттерских организаций. В 1853 г. ассоциация графства Хэмбольдт (Калифорния) направила в конгресс мемориал, решительно осуждавший принятый легислатурой штата закон, который способствовал скупке федеральных земель спекулянтами35. Во многих уставах обработка участка была обязательным условием защиты заявки пионера (это было прямо направлено против фиктивного поселения с целью спекуляции). Факты убедительно говорят, что скваттерские организации были объединениями, защищавшими от посягательств спекулянтов права поселенцев на заселенные явочным порядком участки. Это были в основе своей демократические организации, выражавшие стремление народных масс к закреплению государственных земель за теми, кто трудится. Пионеры объединились в них, чтобы вопреки правительственной политике (до 1841 г. откровенно благоприятствовавшей спекулянтам и крупным покупателям, а после 1841 г. способствовавшей их операциям в более замаскированном виде), сохранить фермы, создававшиеся ими на землях государственного фонда. Следует вместе с тем учитывать, что в эти организации входили не только скваттеры. Большое влияние «ассоциаций» привело к тому, что в них вступали все, кто проживал на новых территориях, независимо от того были ли эти поселенцы скваттерами или купила участки у правительства. Часто их членами, а в отдельных случаях и. руководящими лицами, были спекулянты и крупные землевладельцы. (Таким, например, был В. Кларк — председатель собрания, на котором была создана «ассоциация» поселенцев графств Лэйк и Портер в южной. Индиане и один из трех ее арбитров)36. Они несомненно стремились выдвинуть на первый план задачи, далекие от насущных интересов поселенцев, отвлечь «земельные клубы» от борьбы за демократизацию системы распоряжения государственными землями. Имелись и «лжескваттерские» ассоциации, созданные спекулянтами. Но это были единичные явления, которые не могут изменить общей оценки социальной сущности скваттерских организаций. Как мы выше показали, установленный многими «ассоциациями» максимум заявки значительно превышал потребность средней фермы на Западе в I пол. XIX в. Отдельные уставы признавали законными и заявки подростков. Очевидно, что скваттерcкие организации не препятствовали продаже их членами части заявок, (они не запрещали вообще продажи участков). Это не изменило, однако, основного направления деятельности «ассоциаций», которым являлась защита интересов поселенцев. Они стихийно боролись за «фермерский» путь развития капитализма в сельском хозяйстве. Члены «земельных клубов» продавали с прибылью часть своих земель, а иногда весь, участок. Но, за отдельными исключениями, это были поселенцы, а не профессиональные спекулянты. Поселенцам Запада — крестьянам были свойственны все черты, присущие этому классу. При демократических тенденциях у них были сильны и частнособственнические стремления к сосредоточению в своих руках наибольшего количества земли. Это не должно, однако, быть причиной, чтобы не видеть различия между скваттерами и профессиональными спекулянтами, основной целью которых являлась концентрация крупных массивов для перепродажи. Нет основания считать скваттерские — крестьянские ассоциации, возникшие в специфических условиях борьбы трудящихся США за демократическое использование государственных земель, организациями, созданными из спекулятивных побуждений и якобы способствовавшими обогащению спекулянтов за счет поселенцев.

Скваттерские организации были по своей социальной сущности демократическими организациями трудовой мелкой буржуазии — крестьян. Они были носителями именно буржуазной демократии. Ничего общего с действительностью не имеют попытки отдельных буржуазных, авторов представить их носителями «естественной справедливости, равенства и демократии». С самого начала заселения государственных земель среди пионеров не было равенства. Одни из них были богаче, другие беднее. Некоторые пионеры нанимали работников, другие — сами вынуждены были частично или полностью работать по найму. Цели, которые ставили перед собой «земельные клубы» — обеспечение наделов каждому пионеру, — не выходили за рамки утверждения буржуазной собственности на землю. На этой основе развивался в новых областях Запада капитализм, который принес человечеству не «равенство и справедливость», а грабеж и эксплуатацию.

Безосновательны утверждения отдельных американских историков о том, что уставы и резолюции скваттерских ассоциаций «определили порядок распоряжения государственными землями». Эти утверждения представляют собою попытку создать извращающее действительность представление об истории аграрной политики США, изобразить ее бесконфликтным процессом эволюции в направлении все большей демократизации доступа к землям государственного фонда. Между тем либерализация аграрной политики была результатом длительной и острой борьбы, настойчивого давления рабочих и фермеров и массового скваттерства. Скваттерские ассоциации не были, как утверждают отдельные американские историки, организациями, способствовавшими осуществлению земельных законов, т. е. привесками государственного аппарата. Они, наоборот, «были созданы, чтобы нарушать закон», который скваттеры считали несправедливым37. Скваттерские организации являлись «незаконными» организациями крестьянства границы, выражавшими его демократические устремления в противовес государственной политике» способствовавшей концентрации земель Запада капиталистами.

Примечания

  • 1 Р. W. Gates, The Farmer’s Age: Agriculture 1815—1860, New York, 1960.
  • 2 В. H. Hibbard, A History of the Public Land Policies, New York, 1924.
  • 3 R. M. Robbins, Our Landed Heritage, The Pubic Domain, 1776—1936, Princeton, 1942.
  • 4 T. D. Clark, Frontier America: The Storv of the Westward Movement, New York, 1959.
  • 5 G. M. Stephenson, The Political History of the Public Lands from 1840 to 1862, from Pre-emption to Homestead, Boston, 1917.
  • 6 B. F. Shambaugh, Frontier Land Clubs or Claim Associations, Annual Report of the American Historical Association for the Year 1900, V. 1, Washington, 1901; A. G. Воgue. The Iowa Claim Clubs: Symbol and Substance, .Mississippi Valley Historical Review, v. XLV, 1958.
  • 7 Удельный вес городского населения страны вырос за 1820—1860 гг. с 4,9 до 16%.
  • 8 Q. W. Van Vleck, The Panic of 1857, an analytical Study, New York, 1943, pp. 2-3.
  • 9 U. S. Immigration Commission, Statistical Review of Immigration 1820-1910, Washington, 1911, p. 4.
  • 10 P. W. Gates, The Farmer’s Age: Agriculture 1815—1860, New York, 1960, p. 185.
  • 11 Historical Statistics of the United States, 1789—1945, Washington, 1949, p. 27.
  • 12 P. W. Bidwell and J. G. Falсоner, A History of Agriculture in the Northern United States, 1620 — 1860. Washington, 1925, p. 323.
  • 13 С. J. Ritchey. Claim Associations and Pioneer Democracy in Early Minnesota «Minnesota History», v. 9, n. 2, June 1928, p. 86.
  • 14 P. W. Gates, Op. cit., p. 391—392.
  • 15 B. F. Shambaugh, Frontier Land Clubs or Claim Associations, Annual Report of the American Historical Association for the Year 1900, v. 1, Washington, 1901. p 72.
  • 16 A. G. Воgue, The Iowa Claim Clubs: Symbol and Substance, Mississippi Valley Historical Review; v. 45, 1958, p. 233.
  • 17 Точно установить количество скваттерских организаций вообще крайне трудно, поскольку в ряде случаев они не были четко оформлены. Известно, например, что поселенцы графства Ли (Айова) в 40-х годах часто собирались и организовывали отпор спекулянтам, не допуская покупки ими земель массива Халф Брид Тракт. Также поступали во время аукционов жители графства Сакс. Но в этих графствах оформленных «земельных клубов» не было. (A. G. Bogue Op. cit., р. 38 )
  • 18 В 10 уставах (из 14, о которых имеются сведения об оговоренной ими максимальной площади заявок) максимум был определен в 320 акров, в двух — в 480 акров, в одном — в 200 акров. Один устав разрешал занять 160 акров для себя и еще один участок в 160 акров «для друга, проживающего вне Айовы».
  • 19 Поселенцы «границы», как отмечает Хиббард, рассматривали каждого, кто пытался купить участок скваттера, как «пирата». Они объединились в «Ассоциации по заявкам», чтобы «исправить дефекты в законодательстве и защитить то, что считали своим неотъемлемым правом», (B. Н. Нibbаrd, A History of the Public Land Policies, New-York, 1929, pp. 198, 200). В период заселения Айовы, пишет Шэмбау, скваттеры считались нарушителями закона. Для сохранения своих участков они создали „Ассоциации по заявкам». (В. F. Shambaugh, Op. cit., р. 71). См.: R. М. Robbins,, Op. cit., pp. 67—68; G. M. Stephenson, The Political History of the Public Lands from 1840 to 1862, from Pre-emption to Homestead, Boston, 1917, pp. 20—23.
  • 20 Ритчи заявляет: «В течение интервала между поселением и регистрацией сделки о покупке участка вопрос о праве собственности на землю постоянно тревожил умы людей границы. …Поскольку метки на деревьях, столбы и другие памятные знаки, подобные этим, были единственными документами, дававшими скваттеру право на владение участком до регистрации его заявки, и поскольку частые отлучки скваттеров делали возможным перехват участков, право собственности скваттера никогда не было гарантированным. Чтобы найти выход из этого положения, пионер придумал «Ассоциацию по земельным заявкам». (С. J. Ritchey, Op. cit., р. 85).
  • 21 The Public Lands, studies in the History of the Public Domain, Madison, 1963, Ed. by V. Carstensen, p. 49.
  • 22 Наряду с общими для всех скваттерских организаций функциями защиты заявок своих членов некоторые «клубы» выполняли и многие другие функции. Так, например, «клуб взаимопомощи» прерии Уобаш стал фактически собранием поселенцев, решавшим многие вопросы, касавшиеся этого района. Этот клуб подготовил создание почтовой конторы; на его собрании был избран почтмейстер (C. J. Ritchey, Op. cit., р.92). Западная фермерская ассоциация, деятельно защищавшая заявки скваттеров, пыталась также создать большое поселение на основах оуэнизма около Миннесота-Сити (ibid.). В ряде случаев скваттеры создавали объединения с целью оказания сопротивления передаче земель, на которых они жили, компаниям по строительству железных дорог. (The Public Lands…. Ed. by V. Carstensen, p. 48.)
  • 23 P. W. Gates. Op. cit., p. 391.
  • 24 C. J. Ritchey, Op. cit., p. 92.
  • 25 B. F. Shambaugh, Op. cit., p. 72.
  • 26 В. F. Shambaugh, Op. cit., р. 73.
  • 27 Ibid., р. 81.
  • 28 Издававшиеся на Западе газеты в 50-х гг. часто писали о деятельности «ассоциаций». Д. Стефенсон приводит внушительный список газет Миннесоты, Канзаса, Небраски, в которых публиковались такие материалы. (G. M. Stephenson, Op cit., р. 23.) 26 апреля 1855 г. St Peter’s Courier , например, писала: «Нет нужды говорить для оправдания объединений этого рода, поскольку они стали составной частью общего закона Запада и основаны на …естественном праве — самозащите». (Ibid., р. 21).
  • 29 Как заявляет Кларк, скваттерские организации помогали поддерживать закон и порядок на «границе». По его утверждению, они подготовили путь для существенного изменения конгрессом законов о государственных землях. (T. G. Clark, Frontier America: The Story of the Westward Movement. New York 1959, p 595). «Скваттерские организации,—пишет Шэмбау, — были первыми правительствами пионеров…, источником того духа западной демократии, который пропитывал социальную и политическую жизнь Америки в XIX в.». Он утверждает, что эти организации способствовали «естественному равенству и демократии на «границе» и «определили чисто американские принципы сельскохозяйственной политики», включенные конгрессом в законодательство (В. F. Shambaugh, Op. cit , р. 83.)
  • 30 С. J. Ritchey, Op. cit., p. 91, 93.
  • 31 Ibid., p. 95.
  • 32 С. J. Ritchey. Op, cit., р. 92: The Public Lands…, p. 51, 55, 64 — 65. Такие факты действительно имелись. В графствах Сидар, Клинтон и Аппануза (Айова) действовали, по сообщениям местных историков, под видом скваттерских ассоциаций шайки дельцов, принуждавшие вновь прибывавших поселенцев выплачивать возмещение за фиктивно принадлежавшие им земли. (The Public Lands…. р. 53). При образовании «Ассоциации по заявкам» Военного резерва (Миннесота) один из инициаторов создания ее Д. Гудхью предложил продавать купленную Ассоциацией по федеральному минимуму землю по ценам, которые сложатся на рынке, а прибыль распределять между членами «ассоциации». (С .J. Ritchey, Op. cit..p. 92). Членом ассоциации графства Джонсон был крупный спекулянт М. Рено, скупивший на аукционах огромное количество земель (в одном только графстве Джонсон он скупил 2,8 тыс. акров, т. е. достаточный массив для 30 ферм) (Тhe Public Lands…, р. 58-59.)
  • 33 С. J. Ritсheу, Op. cit., p 87—99.
  • 34 W. Fоlwell, History of Minnesota, v. I, St. Paul, 1921, p. 225.
  • 35 P. W. Gates, Op. cit., p. 392.
  • 36 Р. W. Gates, Land Policy and Tenancy in the Prairie Counties of Indiana, «Indiana Magazine of History», v. XXXV, n. 1, March, 1939, p. 4.
  • 37 G. М. Stephenson, Op. cit., р. 21.