Теория штатов Джона К. Кэлхуна

Джон К. Кэлхун (1782-1850) - политический деятель и политический мыслитель из Южной Каролины. Будучи одним из лидеров и теоретиков южан, он разработал теорию прав штатов, которая должна была, по мысли автора, стать средством защиты Юга от экономической эксплуатации со стороны Севера и помочь сохранить политическое равноправие в рамках Союза.

В 30-50-e гг. XIX века на Юге США оформилось особое мировоззрение. Особенности образа жизни южан наложили отпечаток на их образ чувств и мыслей, и в указанный период они обрели свое выражение в стройной системе взглядов, противоречащих буржуазным ценностям. Различия социально- экономических систем промышленного Севера и аграрного, основанного на рабском труде. Юга переросли в острую политическую борьбу, в которой каждая из сторон стремилась отстоять правильность своего экономического курса и своего образа жизни. Идеология капиталистического Севера основывалась на феодалистических принципа гамильтоновского  толка, которые утверждали необходимость сильного центрального правительства и поддержку промышленности. Идеология Юга еще ждала своих творцов. Одним из них стал Джон К. Кэлхун — политический деятель и политический мыслитель из Южной Каролины. Будучи одним из лидеров и теоретиков южан, он разработал теорию прав штатов, которая должна была, по мысли автора, стать средством защиты Юга от экономической эксплуатации со стороны Севера и помочь сохранить политическое равноправие в рамках Союза. Теория явилась тем знаменем, вокруг которого сплотилась большая часть южан. Отстоять право своей социально-экономической системы на существование стало главным принципом, которому подчинялись все средства, в том числе и идеологические: «Самосохранение — это высший закон для обществ также, как и для индивидуумов».1

Джон Кэдвелл Кэлхун (1782-1850) всю свою сознательную жизнь был профессиональным политиком и добился немалых успехов: в 1810 г. он избирается членом конгресса США от Южной Каролины, с 1817 по 1825 г. занимает пост военного министра, с 1825 по 1832 г. — вице-президент США, с 1832 по 1834 г. — сенатор, с 1844 по 1845 г. — государственный секретарь, с 1845 по 1850 г. вновь сенатор. Признанный мэтр американской исторической наукч В.Л. Паррингтон считал Кэлхуна «поистине незаурядным мыслителем», более того, самым сильным политическим умом своей эпохи, безусловно превосходившим интеллектуальными способностями оппонентов из северо-восточных штатов.2 Из трех наиболее выдающихся членов конгресса — Клей, Уэбстер и Кэлхун — только последний являлся теоретиком в истинном смысле этого слова. Будучи националистами, тесно связанными с капиталистическими интересами. Клей и Уэбстер могли воспользоваться идеями отцов-основателей в том виде, как они были преломлены через федералистическую традицию. Кэлхун, представлявший интересы сознательного меньшинства, т.е. рабовладельцев, со своими особыми проблемами, внес новые вариации в американское политическое мышление. «Блестящий, хотя и ограниченный, диалектик и, по-видимому, последний американский государственный деятель, который сам занимался разработкой политической теории», — так охарактеризовал Кэлхуна Р. Хофстедтер, назвав его «Марксом класса господ» за глубокое понимание социальной структуры общества, его классовых сил и за разработанную им систему социального анализа.3

Основные политические идеи были высказаны им в пространных выступлениях в американском конгрессе, а также во всевозможных резолюциях, меморандумах, апелляциях. Только в конце жизни он смог найти время для теоретических трактатов. главный из которых — «Рассуждения о конституции и управлении Соединенными Штатами» — был опубликован уже после его смерти.

До 1828 г. он оставался способным, но ничем не выделявшимся политическим деятелем. Для его политических взглядов раннего периода характерно смешение гамильтоновских и джефферсоновских принципов. Когда началась война с Англией, в 1812 г., он активно выступает за увеличение военных расходов, и в течение последующих 15 лет остается самым ревностным адвокатом национального единства и национальной мощи. Он поддерживал увеличение численности армии, рост ассигнований на развитие промышленности и строительство федеральных дорог и каналов, повышение тарифа и учреждение национального банка. Относительно конституции, которая вскоре станет предметом политической борьбы, он утверждал, что не является «сторонником изощренных споров по положениям конституции. Этот документ предназначен не для того, чтобы на его основе любитель логических изысканий упражнялся в своем искусстве. Его надлежит толковать исходя из простого здравого смысла, а что же может быть более ясным и определенным с точки зрения здравого смысла, чем сама конституция?».4 В то же время, по своему происхождению и социальному положению, он оставался южанином-рабовладельцем, разделяя все предрассудки этого класса. В переписке с деятелями аграрной партии он отводил обвинение в измене ее принципам. Разве Джефферсон, Мэдисон и Мойра, спрашивал он, не защищали национальный банк и федеральные программы строительства дорог и каналов? Одному из них он доказывал, что ни на йоту не поступился заветами отцов-основателей партии, что их концепция разделения полномочий между центральным правительством и властями штатов — самое поразительное политическое изобретение и что он не испытывает никаких иных чувств, кроме ненависти к федералистским принципам, возвеличивающим аристократию и богатство и унижающим простой народ.5

Критический 1826 г. стал поворотным в судьбе Кэлхуна. Ввозные пошлины, введенные американским конгрессом на серию промышленных товаров, являлись крайне невыгодными для аграрных южных штатов. Откровенная протекционистская политика федеральных органов в отношении Севера вызвала яростное сопротивление южан. Долго оставаться сторонним наблюдателем разгоравшихся на Юге и, в большей степени, в его родном штате Южная Каролина Кэлхун не мог. Стали появляться статьи и памфлеты, в которых осуждалась эта позиция. Но Кэлхун не был слеп к духу времени. Политическая ситуация требовала от каждого политического деятеля определиться на чьей стороне он. Под влиянием перемен, происходивших в родном штате, Кэлхун помимо своего желания из националиста превратился в сторонника отделения. В результате бурной активности местных политиков создалась ситуация, когда ни один деятель уже не мог оставаться на политической арене, не заняв твердой позиции в вопросе защиты интересов хлопководов.

Кэлхун делает свой выбор и после мучительных размышлений летом 1828 г. пишет свой первый знаменитый документ по проблемам взаимоотношений Севера и Юга — «Изложение и протест», авторство которого некоторое время оставалось в тайне, но вскоре стало известно, что основные идеи принадлежат Кэлхуну. Этот доклад, оглашенный в конгрессе другом Кэлхуна, Робертом Хэйном, не был официально одобрен в Южной Каролине, но, поскольку нижняя палата легислатуры штата распорядилась отпечатать его в 5 тыс. экземпляров, его обычно принимали за официальный документ В нем Кэлхун излагает основные идеи теории прав штатов, которые с помощью различных аргументов он будет обосновывать всю свою дальнейшую жизнь.

В поисках средств, способных защитить интересы Юга, Кэлхун обращается к Конституции. Появление в 1821 г. книги Йейтса «Протоколы дебатов в Конституционном Конвенте» пробудило широкий интерес к историческому толкованию Конституции. В «Изложении и протесте» утверждалось право отдельного штата отменять акты конгресса и право каждого штата на выход из Союза. Но, вообще-то, спорили шире по вопросу о суверенитете. Союза или отдельных штатов. Если суверенна федерация, то штатам принадлежат те и только те права, которые конституция не перечислила как относящиеся к компетенции федерации, если суверенны штаты, то они сами вольны решать, соответствуют ли их интересам действия федеральных органов власти.

Суверенитет штатов, который трактовался Кэлхуном как право каждого из них на неподчинение решению федерального правительства и на выход из союзного государства, потребовала от него оригинального толкования конституции. В основе его строго логических построений лежит исследование форм правления и природы государства.

Бесспорно, считает он, что человек — существо социальное. Его склонности и желания, физические и духовные, принуждают его объединяться с ему подобными. И если он нуждается в социальной организации для существования и полного развития своих способностей, то это государство не может существовать без правительства. Но правительство, хотя и предназначено для защиты и сохранения общества, имеет сильную тенденцию расстраивать порядок и злоупотреблять своей властью, как показывает весь опыт и почти каждая веха истории. Полномочия, необходимые для правительства, чтобы сдерживать насилие и поддерживать порядок, не могут исполняться сами по себе. Они должны быть управляемы людьми, в которых, как и у других, индивидуальные чувства сильнее общественных. Следовательно, полномочия, которыми они наделены, чтобы предотвращать несправедливость и притеснение одних другими, превратятся в инструмент угнетения остальной части общества.6

Рассуждая таким образом, Кэлхун объявил мифом теорию происхождения государства в результате общественного договора. В истории общества он не обнаружил человека в естественном состоянии, образ которого создали французские просветители. Как и Джон Адамс, Кэлхун утверждал, что истинное происхождение государства следует искать в практической необходимости. Государство возникает, как указывал Гоббс, в силу общепризнанного эгоизма человеческой натуры. Поэтому люди всегда считали необходимым передать принудительную власть в руки определенных лиц в качестве меры социальной защиты от притязаний отдельной личности. Таким образом, без государства царствует анархия, а существование государства чревато деспотией.

Кэлхун доказывает, что характер конституции и история ее принятия предполагали политический союз между штатами. И взаимоотношения между правительством Соединенных Штатов и правительствами отдельных штатов являются результатом политического договора. Отцы-основатели США, по его мнению, некритично восприняли ложную концепцию общественного договора и ввели ее в практику Соединенных Штатов. В целях преодоления этих ошибок и восстановления истинных взаимоотношений в рамках Союза, он пересматривает основной документ, оформивший Союз — Конституцию.

Управление Соединенными Штатами представляет собой систему правительств, состоящую из отдельных правительств нескольких штатов, составивших Союз, и одного общего правительства всех его членов. «Ни одно не является совершенным без другого. Оба вместе образуют целое и совершенное правление».7

Правительство Соединенных Штатов, рассуждает Кэлхун, было образовано по конституции Соединенных Штатов. И установленная в США форма правления представляет собой демократическую федератавную республику. Демократическая, в отличие от аристократической и монархической форм правления. Она исключает существование классов и искусственных различий. Она основывается на том фундаментальном принципе, что народ является источником всякой власти, что правительства штатов и Союза созданы им и для него, что власть, которой наделены правительства, не отдана им, а делегирована, и как таковая, держится на доверии, а не является абсолютной. Эта власть может быть правильно использована только для целей, для которых она делегирована8.

Это федеративная система, в отличие от национального государства, с одной стороны, и конфедерации, с другой. Это правление штатов, объединенных в политический союз, а не правление индивидуумов, объединенных социально, или общественным договором. Это федеративное, а не национальное государство, потому что это правление сообщества штатов, а не правление одного государства или нации9.

В течение колониального периода колонии представляли собой отдельные общества со своими хартиями и правительствами. Они никоим образом не были связаны между собой, кроме как статусом зависимых членов общей империи. Их первый союз был направлен на защиту дарованных им прав от покушения материнской страны. Под именем «Соединенные Колонии» они действовали до провозглашения независимости, и во всех совместных действиях они выступали как отдельные общества. Провозгласив независимость, они перешли от зависимого, колониального положения к статусу свободных и суверенных штатов. По «Декларации независимости» каждый свободный и независимый штат имеет право объявлять войну, заключать мир, входить в союзы и делать все то, что независимое государство может делать.

Стиль современной конституции и правительства, продолжает рассуждать Кэлхун, это прежде всего стиль, по которому была изменена конфедерация. В документе, которым она бала оформлена, «Статьи Конфедерации», утверждается, что каждый штат сохраняет свой суверенитет, свободу и независимость. И ратификация конституции не изменила отношений между штатами и основ системы.

Таким образом, завершает свой экскурс в историю принятия конституции Кэлхун, конституция была принята народом Соединенных Штатов, но не единой нацией, а гражданами отдельных и суверенных обществ для общего благосостояния и безопасности10.

Сторонники национальной теории происхождения правительства Соединениях Штатов утверждали, что фраза «мы, народ» в преамбуле конституции означает индивидуумов вообще, и название «Соединенные Штаты» было использовано в географическом, а не в политическом смысле. Кэлхун доказывает, что в конституции под термином «народ» подразумевается население отдельных штатов, а не нация, и «Соединенные Штаты означает, что суверенные, штаты объединились в политический союз политическим договором11.

Источник неправильного понимания сути республиканского строя в США, по его мнению, находится в неясности термина «народ». Под влиянием французских просветителей народ обычно считали однородной массой с общими для всех интересами, а на деле он представляет собой скопление отдельных личностей, групп и классов с различными, часто антагонистическими интересами.

Из этого следует, по Кэлхуну, что конституция и правительство Соединенных Штатов основаны на принципе параллельно действующего большинства. И Соединенные Штаты поэтому являются республикой — правлением параллельно действующего большинства, в отличие от абсолютной демократии, или правления количественного большинства12.

Проблеме взаимоотношений большинства и меньшинства в рамках Союза и защите прав последней посвящен анализ Кэлхуном абсолютной демократии.

Наиболее опасными тенденциями в демократическом государстве Кэлхун считал стихийную тягу к централизации и некритический культ количественного большинства. «Злоупотребления делегированными полномочиями и тирания более сильных групп над менее сильными — вот две основные опасности, только две, от которых следует оградиться. И если это будет сделано с толком, свобода станет вечной»13. Он был убежден, что Соединенные Штаты слишком необдуманно признали принцип политической демократии, или разделения властей, достаточной гарантией против угрозы деспотического правления.

Принципом, при помощи которого поддерживается и сохраняется конституционная форма правления, является компромисс, при абсолютной форме правления — сила. Но при такой разновидности конституционного правления как правление количественного большинства, или народное государство, дело обстоит несколько иначе. Меньшая и подчиненная партия имеет право противостоять и сопротивляться действиям большей и господствующей партии через избирательное право; она может занять место последней, получив большинство голосов. Но это будет просто изменение в отношениях между двумя партиями. Подчиненная партия станет господствующей с той же абсолютной властью и тенденцией к злоупотреблению ею. Возникает замкнутый круг. Но такой порядок вещей неизбежно будет временным. Конфликт между двумя партиями обязательно перейдет, рано или поздно, от обращения к избирательной урне к обращению к силе14.

В народном государстве, от которого так много ждали республиканцы, на деле только видоизменяется внешняя форма эгоистической борьбы за власть, происходит замена классового принципа партийным. Соблазн воспользоваться политическими преимуществами слишком велик и толкает доминирующие политические группы на беспощадную эксплуатацию более слабых групп, лишенных конституционных гарантий защиты.

В народном государстве, при отсутствии искусственных разделений на классы, различные естественные интересы, являющиеся результатом различий стремлений, условий, ситуаций, характера разных групп людей и деятельности правительства, обретают силу и вступают в борьбу за власть. Эти партийные конфликты между большинством и меньшинством не могут прекратиться компромиссом, поскольку целью находящегося в оппозиции меньшинства является отстранение от власти большинства, а большинства — удержать эту власть15.

Такие многочисленные и разнообразные интересы, которые существуют в Соединенных Штатах, считает Кэлхун, не могут быть справедливо представлены в одном правительстве, организованном таким образом, чтобы дать каждому значительному интересу отдельное представительство. Такое правительство существует в Англии, было в Риме, Спарте и других античных государствах; различие интересов там выражается в отдельных классах, и каждое сословие должно быте представлено в управлении со своим голосом и правом отвергать акты других сословий, для того, чтобы контролировать их вторжение в свои права. В Соединенных Штатах, утверждает он, был принят другой принцип, более подходящий сложившейся ситуации. Власть правления была разделена, но не между классами, а географически. Одно общее правление было образовано для целого, ему были делегированы полномочия, необходимые для того, чтобы регулировать общие для всех штатов интересы, оставив остальные в подчинении штатов, поскольку их местный и специфический характер не мог быть в подчинении воли большинства всего Союза. Таким образом, интересы целого были подчинены, как оно и должно быть, воле всех, в то время как местные интересы были оставлены под контролем отдельных штатов, охране которых они только и могли быть безопасно вверены16.

Таким образом, при разработке вопроса о том, как могут быть представлены различные интересы в правлении, Кэлхун выдвинул принцип, на котором зиждется его слава политического мыслителя — теорию параллельно действующего большинства. Он нашел свое решение вопроса в расширении принципа демократии, поставив над объединенным., взятым в целом количественным большинством волю географического большинства, или, другими словами, путем специальной формы референдума по географическим районам.

Как показано выше, теория параллельно действующего большинства, или конституционного большинства, выведена Кэлхуном из анализа отношений федерального правительства и правительств штатов, закрепленных в конституции США. Но необходимо проведение этого принципа в практику деятельности федеральных органов власти. Надо не считать по головам, управляя обществом, а учитывать главные экономические, географические и функциональные интересы нации. Против ущемления интересов меньшинства со стороны большинства в конституционной структуре необходимо предусмотреть, чтобы и меньшинство и большинство имели свой орган, который обеспечивал бы ему «или равный голос при разработке и исполнении законов, или право вето на их исполнение». Только таким путем могли быть защищены «различные интересы, социальные группы, классы или части» общества и «предотвращены любые конфликты и борьба между ними», по словам Кэлхуна17. Он более четко излагает свою мысль следующим образом: «Для существования и сохранения свободных штатов необходимы две силы: сила управляемых, чтобы препятствовать правителям злоупотреблять своей властью и заставить их быть верными своим избирателям, — это достигается при помощи избирательного права; сила, способная заставить отдельные части общества быть справедливыми по отношению друг к другу и принуждать их считаться с интересами друг друга, — это может быть достигнуто только при условии, что мероприятия правительства будут проводиться с общего одобрения всех значительных и ясно определившихся общественных групп. Этот результат выражает общий итог всех усилий свободных штатов сохранить свою свободу путем предотвращения конфликтов между отдельными классами или частями общества»18.

При этом Кэлхун ссылается на практику применения принципа равноправия большинства и меньшинства, сложившуюся в Южной Каролине фактически с того момента, как Кэлхун вошел в политику. Места в легислатуре штатов были так распределены, что в одной палате заседали представители плантаторов приморского района, а в другой — представители фермеров внутренних районов. Однако этот принцип осуществлялся там скорее благодаря тому обстоятельству, что меньшинство, т.е. плантаторы, сохраняло в своих руках власть, привлекая на сторону своих интересов и своих институтов большинство. Другой разновидностью применения этого принципа был расчет некоторых южан, что поскольку они имели свои фракции в обеих крупнейших политических партиях, они могут проводить как бы неофициальный эквивалент принципа равного большинства благодаря сохранению в партиях фракций южан и северян, а не на основе конституции. Кэлхун не верил в долговременность этого плана. Он считал, что обе эти политические партии в конечном итоге примут более или менее региональный характер и что тенденция к этому со временем усилится. А если партии станут строиться более или менее по принадлежности к той или иной части Союза, то принцип равенства большинства может быть введен только с помощью официальной поправки к конституции.

Время убедило Кэлхуна, что в условиях Соединенных Штатов равноправие меньшинства наилучшим образом может осуществляться путем двойного президентства. Нация должна иметь двух президентов, каждый из которых представлял бы одну из двух основных секций общества и обладал бы правом вето на акты конгресса. Никакая мера не должна приниматься без согласия политических представителей обоих. Тем самым было бы восстановлено существовавшее при основании Союза равенство Севера и Юга.

Эти примеры ясно показывают, что в действительности Кэлхун выступал в защиту скорее привилегий, чем прав меньшинства. Он хотел, чтобы меньшинство имело не просто пропорциональный, а равный с большинством голос в определении государственной политики.

Некоторые механизмы защиты прав штатов Кэлхун вывел из конституции, характер которой, по его мнению, неверно трактуется сторонниками сильной центральной власти. Да и само «правильное» толкование конституции является сильным аргументом в пользу восстановления равноправных отношений в рамках Союза.

Каковы же истинные отношения между двумя правительствами — Соединенных Штатов и нескольких штатов, — рассуждает Кэлхун, — по конституции? Если штаты сохраняют свой суверенитет как отдельные и независимые общества, то верность и повиновение граждан каждого штата направлена на соответствующий штат и правительства Соединенных Штатов и нескольких штатов являются равными друг другу и полномочными в определенных им по конституции сферах19.

При решении, какие полномочия следует, а какие не следует предоставлять общему правительству, ведущим принципом, несомненно, было намерение делегировать только те, которые могли быть более безопасно, эффективно и благотворно использованы для общей пользы всех штатов, чем это сделало бы отдельное правительство каждого штата, оставив все остальные полномочия самим штатам. При этом предполагалось не заменить правительства отдельных штатов, а создать дополнительное совместное правительство.

В конституции, напоминает Кэлхун, говорится о двух таких сферах, общих для всех: к одной относятся все полномочия, касающиеся отношений штатов с остальным миром; к другой — имевшие внутренний характер и касающиеся отношений штатов между собой. К последней относятся право регулировать торговлю между штатами, устанавливать единые правила натурализации, единые законы о банкротстве и тому подобное. Поскольку полномочия центрального правительства конкретно перечислены в конституции, а правительства штатов в своих суверенных правах не ограничены, то на стороне штатов имеется преимущество в определении размеров своих прав.

Если правительство Соединенных Штатов вторгается в сферу компетенции правительства штата, покушаясь на резервированные за штатом права, и тем самым выходит за рамки делегированных ему полномочий, правительство штата может принять меры для того, чтобы предотвратить это вторжение.

Какие же средства имеет правительство, чтобы отстоять неприкосновенность суверенных прав штата? Право протеста против посягательства; право принятия резолюций против них как неконституционных; возможность объединения с правительствами других агатов, чтобы совместными усилиями противостоять посягательству путем соответствующих инструкций сенаторам и членам палаты Представителей; и другие средства подобного характера. Но, по мнению Кэлхуна, эти меры не способны предотвратить сильную и неуклонную тенденцию правительства Соединенных Штатов посягать на резервированные права штатов.

В этом случае, штат, исходя из своего суверенного характера и как сторона конституционного договора, имеет право объявить акт центральных органов власти неправомочными по конституции на территории штата и, таким образом, потерявшим законную силу. Конгресс США имел право защищать принятый им закон, но чтобы преодолеть вето штата, он должен был принять соответствующую поправку к конституции. Но если этот акт, по мнению штата, несовместим с характером конституции и меняет систему правления, штат может решить, оставаться ли ему членом союза или отделиться. Это право на сецессию вытекает из договорной природы конституции, где штаты как стороны этого договора являются суверенными государствами. Сецессия ставит штат в положение иностранного государства к остальным штатам, с соответствующими последствиями20.

Теория прав штатов Кэлхуна приобрела законченный вид. Круг заключенных в ней идей больше чем просто обоснование прав штатов на нуллификацию актов центрального правительства и сецессию. Кэлхун пересмотрел основные принципы политической демократии, сформулированные отцами-основателями для Соединенных Штатов. И привел к проблеме защиты прав меньшинства от игнорирования их и эксплуатации со стороны большинства. При этом надо иметь в виду, что «права меньшинства» рассматриваются Кэлхуном иначе чем в современной либеральной традиции — как право несогласных на выражение неортодоксального мнения, право отдельной личности на свободу совести и права этнического меньшинства. В сущности, под «меньшинством» у Кэлхуна подразумеваются в одних случаях плантаторы-рабовладельцы, а в других — южные штаты. Отстаиванию экономического и политического равноправия Юга в Союзе посвящена вся политическая философия Кэлхуна, и в первую очередь — теория прав штатов, которая должна была дополнить систему «сдержек и противовесов», призванную обеспечить равновесие властей, дополнительными механизмами.

Выступая за право каждого штата на отделение, Кэлхун, оставался сторонником Союза — юнионистом, в отличие от сецессионистов (Купер, Макдаффи), выступавших за выделение «южной нации». По мысли Кэлхуна, существование Союза зависело от эффективного протеста, без которого южные штаты встанут на путь отделения. Он объяснял это Дж. Хаммонду, в 1831 г., так — или нуллификация одним штатом, или совместный протест всего Юга, который разрушит Союз. Предохранительное право вето он рассматривал как главный критерий жизнеспособности конституционного государства.

Тарифный кризис на рубеже 30-х гг. XIX в. привел к осознанию обособленности и своеобразия южных интересов, меньшинства, отличного от северного большинства. Изменение в мировоззрении южан получило выражение в терминах политики — в теории прав штатов Кэлхуна. Лидеры южан теперь имели доктрину, с помощью которой они могли отстаивать свои интересы в федеральных органах власти. Отличная от Севера общественная мысль Юга стала реальностью.

Примечания

  • 1 Calhoun J.C. A Disquisition on Government and a Discourse on the Constitution and Government of the United States, /ed. by R.K. Cralle. — New York: 1968. -P. 1.
  • 2 Паррингтон В.Л. Основные течения американской мысли. — 3 т. — М.: 1962.-Т. 2. — С. 89.
  • 3 Reports and Public Letters of John C. Calhoun, /ed. by R.K. Cralle. — 6 vols. — New York: 1968. — Vol. 6. — P. 91-92.
  • 4 Паррингтон В.Л. Указ. соч. — Т. 2. — С. 92.
  • 5 Согрин В.В. Мир американских рабовладельцев: Кэлхун, Фицхью и другие. //Новая и новейшая история. 1989. — № 4. — С. 70.
  • 6 Calhoun J.C. Op. cit. — Р. 2, 7.
  • 7 Ibid.-P.112.
  • 8 Ibid.
  • 9 Ibid.-P.113.
  • 10 Ibid.-P. 130.
  • 11 Ibid. — P. 128, 134.
  • 12 Ibid. -P. 185.
  • 13 Паррингтон В.Л. Указ. соч. -Т. 2. — С. 96.
  • 14 Calhoun J.C. Op. cit. — P 37, 39.
  • 15 Ibid.-P. 80, 82.
  • 16 Reports and Public Letters… — Vol. 6. — P. 64-65.
  • 17 Хофстедтер P. Американская политическая традиция и ее создатели. -М.: 1992.-С. 111.
  • 18 Паррингтон В.Л. Указ. соч. — Т. 2. — С. 97.
  • 19 Calhoun J.C. Op. cit. — P 197.
  • 20 Ibid. — P. 300.

Опубликовано: Великобритания и США в XIX-ХХ веках: политика, дипломатия, историография: Межвуз. сб. научных статей / под ред. Д.В. Лихарева. Уссурийск, - 1997. - С. 27-41.
OCR 2018 Северная Америка. Век девятнадцатый.

Чтобы сообщить об ошибке или опечатке, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Скачать